Арсений понимает, что мадам стегает его прутом не со всей силы, но всё же довольно больно. Арсений выносит порку, не проронив ни звука, только вертит задницей и шумно дышит. Подле «лошадки» стоят Авдотья Истомина и Любаша. Авдотья следит, как управляется с розгой мадам Брюс и кивает головой в такт трескучих ударов прутом. А Любаша кажется совершенно завороженной происходящим, у нее застывшее, будто маска лицо, и широко распахнутые пустые глаза.
Несмотря на побои, Арсений Балашов чувствует возбуждение природу, которого не может понять. Как бы это не казалось странным, его возбуждает унизительная ситуация, в которой он оказался, и внимание женщин, и собственная нагота и беспомощность. Его член