Галина Гороскина (Смирнова)

– Мариш, ну чего ты ломаешься, как девочка? Мы же с тобой не чужие люди, год уже живем душа в душу. Это просто штамп в паспорте, формальность. Мне для работы нужно, там служба безопасности лютует, требуют именно местную прописку, а не мою областную. Да и в поликлинику прикрепиться нормально не могу, зубы лечить надо, а в платную сам знаешь какие цены. Игорь помешивал ложечкой чай, глядя на меня своими большими, немного грустными глазами, в которые я когда–то и влюбилась. Мы сидели на моей кухне, уютной, светлой, которую я обставляла с такой любовью после развода с первым мужем. За окном моросил осенний дождь, а дома пахло свежей выпечкой – я испекла шарлотку, стараясь порадовать мужа после тяжелой рабочей недели. Но разговор, который он завел, моментально убил весь уют. – Игорь, я же тебе говорила, – мягко, но твердо начала я, стараясь не смотреть на его обиженное лицо. – Я могу сделать тебе временную регистрацию. На год, на три, на пять – сколько скажешь. Для работы этого более чем до