📱💻📚🗞️ Вечернее чтиво

🐾ЧТО СКРЫВАЮТ КОШКИ, ИЛИ ПРИЗРАК СТАРОГО РОЖДЕСТВА
Дело было под Рождество. Весь город заполнялся светом гирлянд, запахом глинтвейна и рождественского штолле. Ярмарки собирали толпы туристов, которые пытались урвать себе частичку волшебства.
Мало кто из туристов замечал, что настоящее волшебство происходило буквально у них под носом.
Декабрь — странное время. Нечисть и добрые духи отлично сосуществуют друг с другом. Тезка мой,Святой Николас, приносит послушным детям подарки, а коллега его, Крампус, бьёт розгами непослушных детей и оставляет под ёлкой уголь.
Бальтазар, Мельхиор и Каспар сначала успевают хорошенько оттянуться на праздновании Йоля, а на следующий день, хоть и не без похмелья после магических вечеринок, уже спешат к младенцу Иисусу на день рождения. И не дай боги, в неподобающем виде явятся на празднование!
Но есть и ещё один отличный пример того, как разные духи развлеккаются в декабре.
***
В тот год я умудрился подобрать на улице кота. Обычного неразговорчивого пушистого кота. Кот, в целом, был не против одомашниться, однако оставлял за собой право выходить во двор, гонять голубей и общаться с другими котами. Меня он воспринимал как полезное существо, которое его кормило, чесало и впускало погреться.
Однако чем ближе становился Адвент, тем чаще я стал замечать, что кот перестал выходить на улицу и стал чего-то ожидать. Он пытался исследовать шкафы, балкон, кладовку в поисках чего-то.
Когда я сходил в гараж и принёс коробку с ёлкой, поведение кота сильно изменилось. Узрев зеленые ветви, кот стал шипеть, скалиться, пытаясь вцепиться когтями в коробку, а когда я попробовал его прогнать, кот кусал и царапал меня.
Тогда я попытался поговорить с ним, но ничего кроме недовольного истошного ора вместо аргументов кот не выдавал.
Спокойно поставить ёлку кот мне не дал. Он кусал мои руки, пробовал снести дерево, которое я отчаянно пытался поставить. Стал сдирать рождественские гирлянды А потом и вовсе совершил прыжок веры со шкафа на верхушку дерева, повалив ель на меня.
За это кот был изгнан в кладовку до того момента, пока ёлка и квартира не были полностью украшены. Побыв в роли заключенного, кот одумался, вернулся в комнату и стал вести себя как ни в чем не бывало. Это успокаивало меня.
Я отправился на вечернюю мессу. Пока зажигал в кирхе свечи, услышал обсуждения прихожан, что они не знают, как бороться с тем, что их коты и кошки тоже наводили суету и боролись с рождественским убранством.
Возвращаясь из кирхи, я заметил, что и городские ели в этот вечер окружали не туристы, а коты. Кто-то из кошек сидел возле домов и что-то высматривал, кто-то ходил кругами возле ели на площади, кто-то из котов вылизывался под фонарем и делал вид, что просто занят своим делом. Но меня не покидало чувство, что эти мохнатые демоны что-то задумали.
Тогда я решил проследить за ними. Вернулся в кирху и стал ждать ночи.
***
После полуночи, когда город людей засыпает, просыпается иной город. В нём котам сложно переговариваться так, чтобы их речь была непонятна другим существам, живущим по ту сторону.
И теперь я мог слышать их переговоры:
— Пушистый, я на позиции. Ждьем Пья-ятнышко.
— Пьятнышко на позиции. Люди устр-р-ранены.
— Понрмял тебя-у. Лысый отвлекает полицию.
— Провод оборван. Повтор-р-ряю, провод ободр-ран. Как слышите?
— Молоковски, доложите обстановку.
— Объект в ёлке. Объект в ёлке. Все в атаку.
В этот момент мне показалось, что стая котов, будто со всего города, сорвалась в сторону ёлки на городской площади. Они проникли под её огромные ветки, стали драться с шариками, срывать мишуру, карабкаться по ветвям, срывать гирлянды и украшения.
Я решил, что нужно срочно что-то сделать. Побежал к ёлке, чтобы разогнать пушистых террористов, даже если для этого мне придется принять свой настоящий облик. «Эй, а ну брысь оттуда! — крикнул я. — Брысь!».
На котов это не произвело никакого эффекта.
Зато стоило мне приблизиться к ёлке, как я ощутил чудовищную, пугающую пустоту и приступ тоски и грусти. Я не понимал, с чем были связаны эти эмоции, но чем больше я стоял и смотрел на рождественскую ель, тем хуже мне становилось. Я будто ощущал всю боль горожан, их слёзы, их несбывшиеся мечты. И эта боль стала пожирать меня. Я не успел защититься от этих чувств. Мои ноги подкосились, и я упал без чувств на мостовую.
***
Пришел в себя уже под сводами своей кирхи. Вокруг меня толпились уличные коты. Некоторые сидели на скамьях, кто-то деловито доедал мишуру.
— И что это было? — спросил я у котов, пытаясь подняться.
Но на меня тут же спрыгнул большой пятнистый жирный зверь, всем видом и весом показывая, что никуда я отсюда не пойду.
— Пушистый, запишите для протокола. Отец Николас. Находится под мьюрисдикцией Мурчьяго с этого года. Вочеловечившийся. В браке не состоит. В порочащих связях с русалками и фейри замечен не раз.
Я фыркнул.
— Может, вы объясните, что именно вы делали? — полюбопытствовал я.— И как именно вы меня сюда дотащили?
— Зубами, — ответил Пушистый. Затем спокойно продолжил: — Отец Николас, мы каждый год это делаем. Наши собраться гибнут на этих миссиях.
Мне захотелось рассмеяться, но я заметил максимально неодобрительные взгляды кошачьих глаз.
— На миссиях?
— Вам, как вочеловечившимся, мы можем доверить эту тайну. Но поклянитесь, что вы не станете рассказывать об этом людям.
— Клянусь, — торжественно произнёс я.
— Славно, — ответил Пушистый. — Молоковски, добавьте это в отчет.
— Так что это? Правительственный заговор? Масоны? Тайные ордена? Инопланетяне? — спросил я.
— При-и-и-зрак старого Рождества. Вы попали под его воздействие, падр-ре. Призрак старого Рождества после праздников поселяется в рождественских ёлках и игрушках. Он впитывает в себя все горести, которые случаются с людьми в течение года. Все их неудачи, падения, слёзы. А когда люди вновь ставят ель и украшают дом, этот призрак начинает витать в воздухе, напоминать о том, что год прошел зря, и люди теряют праздничное настроение. Вы на собственной шкуре это ощутили сегодня.
— И как же вы изгоняете его?
— Мы роняем ёлки. От прикосновения с землей или полом призрак проникает в эту поверхность и не может выбраться назад. Постепенно растворяется. Но на следующий год в ёлке может завестись новый. И мы вновь боремся. Роняем ёлки, бьём игрушки, в которых он живет, едим мишуру и дождик, перегрызаем гирлянды. Всё ради спасения человечества.
Я рассмеялся, но быстро замолчал, как только понял, что коты говорили о своей борьбе на полном серьезе.
— Что ж, это похвальная цель, — улыбнулся я. — А теперь, если вы не возражаете, я бы отправился домой.
— Не возражаю — ответил Пушистый.
***
Я встал, отряхнулся и вновь оглядел кошачью стаю, которая заполонила кирху. Я подумал обо всех людях, кого защищают коты, как люди даже не понимают этого, как ругают своих хранителей за уроненные ёлки, съеденную мишуру. Как грустно, наверное, тем, у кого нет кошек. Я подумал о том, что и мой кот пытался защитить меня от Призрака старого Рождества, но был один важный момент...
— Подождите, — обратился я к котам — Вы же понимаете, что вочеловечившиеся не испытывают эмоций. Зачем же тогда мой кот — Мурчьяго, правильно? — разгромил мне квартиру? У меня ведь не может поселиться такой призрак!
Пушистый и Пятнышко переглянулись и серьёзно ответили:
— А ваш Мурчьяго — просто кот-идиот. Ему всё равно, что ломать. Он это по фану делает, прикрываясь нашей священной целью.
Я вздохнул. Кажется, дома, кроме бардака, меня ждал серьёзный разговор с господином Мурчьяго.
✍️ Фаусто Грин