Ночь.

Бутылка. Снова та же пьеса,
В голове — туман, в душе — завеса.
Она пьёт без цели, без конца,
Забывая лица, забывая сердца.
Каждую ночь — один и тот же старт:
Глотнуть огня, разжечь пожар.
И как только хмель в крови играет,
Всё дерьмо своё сливает.
Друзья бросают, блокируют номер,
Дети молчат, избегая разговоров.
Ей кричат: «Остановись, очнись!»
Но не человек уже, не слышит укоров.
В зеркале — чужая, с печатью беды,
С глазами, потухшими от пустоты.
Теперь не женщина — лишь тень и след,
Существо, которому выхода нет.
А ночью снова — стакан, бутылка, тьма,
Снова ярость, снова боль, снова пьёт одна.
Выливает желчь, швыряет слова,
Как будто в этом — вся её душа.
И утром — стыд, и утром — вина,
Трясутся руки, удаляет слова.
В отражении — не она, не лицо,
А существо, которое обречено.
Она на дне, где нет ни звёзд, ни дней,
Где алкоголь — и судья, и злодей.
Нет просвета, нет пути назад,
Только ночь, и бутылка, и горький взгляд.
Круг замкнулся — нет выхода, нет края,
Только эта пьеса, одна и та же, злая.
Пьёт и пишет, кричит и ругает,
В вечном круге себя уничтожает.
#творчествоэртильцев