Представьте, вы только что отработали ночной рейс Москва – Владивосток. Восемь часов в воздухе, турбулентность над Уралом, пассажир на 14C требовал горячее каждые сорок минут, и вы не спали двадцать часов подряд. Самолёт приземлился. Вы улыбаетесь. Потому что обязаны это делать. С недавних пор в «Аэрофлоте» появился новый критерий оценки бортпроводников, как пишет один из Телеграм канадов. Называется просто – «улыбка». Вместо прежнего пункта «работа в команде» – теперь мимика. Измеримая, оцениваемая, влияющая на зарплату. По крайней мере, так утверждают источники внутри компании.
Александр провёл рукой по стенке лифта. Просто так. Машинально. Металл был прохладный после кондиционера, поверхность зеркальная. Кто из нас не делал этого хоть раз? Через двадцать минут он был в наручниках. Отель – DeFace Platinum Suites, стоит в самом сердце Куала-Лумпура. Пять звёзд. Широкие кровати. Лобби с запахом холодного мрамора и дорогого парфюма. До башен Петронас, десять минут пешком. Они хорошо видны с крыши отеля. Ночью горят, как два факела над городом.
Коляска застряла в турникете. Старший тащит рюкзак по полу. Средний куда-то исчез. Нет, вон он, у автомата с водой. Младший орёт. Очередь на регистрацию, метров двадцать. Рейс через два часа. Это не катастрофа. Это просто обычный вылет многодетной семьи. Каждый, кто хоть раз летел с тремя детьми, знает, что аэропорт превращается в испытание. Узкие проходы, длинные очереди, огромные расстояния от стойки регистрации до выхода на посадку.
Звонит телефон. Срочно нужно лететь. Открываешь приложение, и видишь цифру в 2–3 раза больше, чем три дня назад. Тот же рейс. То же кресло. Только цена другая. Потому что система поняла – ты никуда не денешься. Именно с этим решил разобраться лидер фракции ЛДПР – Леонид Слуцкий. 3 марта он внёс законопроект – запретить авиакомпаниям поднимать цены на билеты в последние 72 часа перед вылетом.
, что Турция запретила скрытые сборы в ресторанах. Думал, что вопрос закрыт. Я чувствовал себя носителем хорошей новости. Но, потом начал читать в сети, следующие сообщения. «Был в Анталье на прошлой неделе. В счёт зашёл хлеб, который я не заказывал. Сказали – «комплимент». Хороший, оказался «комплимент». Стоил как полноценный гарнир». «Цены в меню и цены в счёте – разные. На 15% больше». «Сервисный сбор убрали. Зато всё остальное подорожало». Окей. Давайте, попробуем разобраться, что на самом деле происходит.
Где-то в Индийском океане, между Индией и Индонезией, есть место, на которое не продают туры. Нет ни одного блогера, который поставил там геотег. Нет отелей. Нет доставки из аэропорта. Большой Никобар – остров, куда не пускают. Точнее, не пускали.