Дорожники

МАТЕРИАЛЬНА ЛИ МЫСЛЬ? ИЛИ ГИМН РУКАМ

Во время революции общество можно сравнить с бурным морем, а во время реакции – со стоячим болотом. В революционную эпоху вихрь событий похож на страшный, сокрушительный ураган. Но этот ураган освежает воздух, сметает весь старый хлам, который веками разлагался и отравлял общество. Во время реакции всё наоборот. Бури нет, с виду тишина. Но под тишиной, под неподвижной болотной плёнкой – рай для всяческой гнили и падали, разложения и смрада. Временно победивший контрреволюционный класс, точь-в-точь как мертвец, вылезший из гроба, роняет куски гнилого мяса и распространяет вокруг себя трупную отраву. Вместе с ним на время возвращаются к жизни и торжествуют самые реакционные воззрения и самые мракобесные теории. В революционную эпоху в философии победно шагает материализм – знамя революционного класса. В эпоху реакции расцветают пышным цветом всякого рода философский идеализм, обскурантизм, мракобесие и поповщина – именно потому, что они служат контрреволюционному классу, помогают ему продлить свою власть. В наше время, время буржуазной реакции, мы можем убедиться в этом воочию. Достаточно открыть обычную городскую газету – и в глаза вам бросится множество объявлений о местных экстрасенсах, ясновидящих, гадалках, целителях и магах. Совершенно серьёзно печатается бред о снятии венцов безбрачия, отворотах и приворотах, белой, чёрной и серо-буро-малиновой магии. Короче, всяческая дурь, над которой советские люди могли только смеяться, – теперь российскому обывателю подаётся как лакомое блюдо, и обыватель глотает эту вонючую гниль и не морщится. Что особенно важно – нередко поповщина теперь действует не прямо, а старается прикрываться наукой (хотя нет ничего более противоположного и враждебного, чем наука и религия). Поповщина ищет себе поддержку в лагере буржуазных учёных. И она находит такую поддержку. Дипломированные лакеи господствующего класса – среди них даже есть доктора, доценты и профессора – охотно, с готовностью услуживают попам. Эти слуги поповщины в учёных мантиях используют авторитет науки, пытаются протаскивать под видом научных воззрений мракобесие и обывательскую пошлятину. Вот наш Катасонов – поп под вывеской «профессора» и «доктора экономических наук» – плетёт нам россказни о «православной экономике», которая не является ни капиталистической, ни социалистической, а именно – «православной». (Как будто бы возможно, чтобы современная экономика не была капиталистической или социалистической, то есть, не базировалась на основе частной или общественной собственности!). А вот западный обскурантист, американец, такой же поп под видом учёного, – с помощью квантовой физики пытается доказать бессмертие души, загробную жизнь и существование параллельных вселенных: «В США физик-теоретик Роберт Ланца из Университета Wake Forest в Северной Каролине доказывает существование жизни «после смерти» с помощью квантовой физики… Ланца обращается к теории о существовании параллельных вселенных, в которых события происходят синхронно, однако по-разному. Учёный утверждает, что смерть не является окончательным завершением жизни, а скорее всего переходом в другой параллельный мир, где её нет. В качестве доказательства своей гипотезы Ланца обратился к квантовой физике и интерференционному эксперименту Юнга, который доказывает, что свет – это волна, и позволяет измерить её длину. Во время эксперимента свет из одного источника проходит одновременно через два отверстия в препятствии. При прохождении через отверстия одна волна делится на две, после чего за препятствием они накладываются, делая участок света более ярким. А там, где волны не накладываются, – более тусклым. По словам учёного, как и в эксперименте со светом, именно жизнь может творить Вселенную, а не наоборот, и, проходя через смерть, продолжать своё существование». Посмотрите только, до чего додумался этот американский мракобес в своём стремлении удружить поповщине! Он использует (пытается использовать, и очень неуклюже) опыт Юнга с двумя источниками света. Юнг проводил свой опыт в 1803 году, чтобы разрешить научный спор – что такое свет: волна или частицы (волновая и корпускулярная теория). Тогда Юнг использовал свой опыт, чтобы доказать, что свет есть волна. Впоследствии же физика установила: да, свет есть волна, но волна эта тоже состоит из частиц, это волна материальных частиц, нейтронов и фотонов, которые излучает источник света, светящееся тело. Таким образом утвердился «корпускулярно-волновой дуализм». То есть, утвердилась вполне материалистическая теория, которая показывает, что свет состоит из материальных частиц и всегда имеет материальный источник. И вот теперь, через двести с лишним лет, обскурантист, дипломированный лакей буржуазии, «учёный» осёл Ланца додумался до того, чтобы с помощью этого опыта протаскивать идеализм! Чтобы с бухты-барахты, притянув за уши опыт Юнга, «доказать», будто «жизнь творит Вселенную, а не наоборот». Что это значит? Это значит, что есть какая-то жизнь, которая существовала прежде Вселенной (то есть, прежде материи, потому что Вселенная – это движущаяся и изменяющаяся материя), какая-то жизнь без материи, и именно эта «жизнь» и создала Вселенную, то есть, материю. К чему клонит Ланца, объяснять не нужно, – к откровенной и махровой поповщине. Ведь эта самая «жизнь», которая якобы существует без материи, до материи и творит материю – на поповском языке называется «бог». Коллега Ланцы (коллега по обскурантизму и шарлатанству, а не по науке) Фред Алан Вольф (он даже «профессор»!) несёт такую же чушь, и опять-таки мошеннически используя авторитет науки: «Я полагаю, что открытия в области квантовой физики всё больше поддерживают точку зрения Платона, согласно учению которого имеется иная, более совершенная нематериальная реальность. Имеются доказательства наличия нематериальной, нефизической Вселенной, абсолютно реальной, пусть и недоступной для ясного восприятия наших органов чувств и научных инструментов. Если мы рассмотрим внетелесный опыт, путешествия шаманов, осознанные сновидения также, несмотря на то, что они не могут быть воспроизведены в строго научном смысле, указывают на наличие нематериальных измерений реальности». Глядите – Вольф даже заткнул за пояс своего единомышленника Ланцу! Если Ланца для обоснования своей поповщины ссылался на опыт Юнга, как-то пытался прикрываться наукой – то Вольф уже пустился во все тяжкие и смело привел в доказательство «путешествия» шаманов и сновидения! Странно, что он не сослался на белую горячку у пьяниц, на галлюцинации и бред сумасшедших. Впрочем, другой рыцарь обскурантизма, некий Джон Бокрис (тоже, разумеется, «профессор») – поправил дело. Он издал книгу «Новая парадигма физики» и там всерьёз обсуждает «околосмертные переживания, внетелесный опыт, медиумизм, реинкарнацию, призраки, одержимость, дистанционное исцеление и другие феномены». Четвёртый мракобес, некий доктор Амит Госвами (тоже «профессор» физики, хотя и бывший) – написал книгу «Физика душ. Квантовая теория о жизни, смерти, бессмертии и реинкарнации». В ней он – ну, конечно! – требует «определять как первичную реальность именно сознание, а не материю». Как видим, среди дипломированных холуёв буржуазии достаточно защитников поповщины, и многие из поповствующих даже торжественно именуются докторами и профессорами. И вот – все эти попы в профессорских мантиях, все эти обскуранты под видом учёных ныне объявляют крестовый поход материализму. Все эти вороны скопом каркают, что «материалистическая наука по своей сути неполна и не может объяснить все имеющиеся результаты». Хор мракобесов требует принять новую научную парадигму, которая включает в себя психические феномены, а также множественность вселенных и жизнь «после смерти». То есть, по сути – обнаглевшие мракобесы уже требуют, чтобы наука официально превратилась в поповщину или чтобы поповщине был присвоен официальный статус науки. Мракобесие воспрянуло духом и пошло в атаку на материализм. Буржуазная реакция, пользуясь временным поражением рабочего класса, идёт в наступление на всех фронтах – на экономическом, политическом и идеологическом. В экономике она доводит до крайних пределов эксплуатацию и грабёж рабочих, в политике всё откровенней плюёт на провозглашаемую ею демократию и переходит к методам диктатуры. А на фронте идеологии она ведёт самую настоящую, бешеную войну против идеологии рабочего класса – против марксизма, против диалектического материализма. Огромная армия буржуазных идеологов, мобилизованная и щедро оплаченная капиталистами, ведёт эту войну неустанно, ежеминутно, изо дня в день. Три мощнейших отряда у этой армии. Один из них – так называемая «творческая интеллигенция» (та, что не «мозг нации», а совсем наоборот), которая методами искусства пропагандирует буржуазный образ жизни, внедряет в общество буржуазную идеологию, развращает его буржуазными «ценностями» и тем самым подчиняет капиталистам. Два других ударных отряда буржуазной идеологической армии – во-первых, попы, а, во-вторых – буржуазные учёные, идеологи господствующего класса. Все попы и большая часть буржуазных учёных – враги материализма (и абсолютно все – враги диалектического материализма). Только попы этого не скрывают, по старинке вещают про личного бога, про сотворение мира, про рай и ад, заставляют своих клиентов креститься и прикладываться к иконам, суют им под нос мощи и просфирки. То есть – действуют откровенными, примитивными, средневековыми методами. А учёные холуи капиталистов действуют более прикрыто и тонко – маскируют свой идеализм под науку. Расчёт тут совершенно верный. Для более простых, малообразованных, философски нетребовательных людей сгодятся и средневековые методы, откровенная поповщина. А вот для людей более образованных и требовательных в интеллектуальном отношении прямое средневековье, грубая поповщина уже «не прокатит». Им надо преподнести мракобесие в более тонком, замаскированным виде, под каким-нибудь интеллектуальным соусом. И вот тут выходят на сцену попы в профессорских мантиях – лжеучёные, которые протаскивают поповщину, причесав и принарядив её «под науку». В сущности, буржуазные учёные-идеалисты напрямую помогают попам. Поповщина под видом науки – мостик к настоящей, неприкрытой поповщине, открытая дверь для неё. Попы под маской учёных – лазутчики настоящих попов, завлекатели добычи для них. Они должны своими псевдонаучными доводами пробивать брешь в материалистическом сознании – а в эту брешь уже не замедлит ворваться откровенная, неприкрытая поповщина. *** Всякая реакция – промежуток между двумя революциями. Всякий спад революционного движения – подготовка к новому подъёму. Мы теперь находимся в периоде временного спада революционного движения – в периоде подготовки сил рабочего класса для нового подъёма. Поэтому теперь огромное значение приобретает борьба на уровне идеологии, на уровне мировоззрения. Оба враждебных класса – и буржуазия, и пролетариат – готовятся к новой решительной схватке. Решительная, открытая схватка пока ещё не началась. И вот как раз теперь они куют, подготавливают, совершенствуют своё идеологическое оружие. По этой причине для нас теперь, в момент спада революционного движения, особенно важно совершенствовать своё мировоззрение, мировоззрение диалектического материализма – своё идеологическое оружие. Не на последнем месте для нас стоит – выработать приёмы борьбы с философской реакцией, с идеализмом и поповщиной, научиться разоблачать их ложь, научиться объяснять себе и другим, куда эта ложь ведёт и как она служит нашим врагам. С этой целью мы рассмотрим здесь одну уловку современной прикрытой, «научной» поповщины. Мы постараемся разобрать утверждение, которое ныне очень популярно в среде обывателей. Его особенно охотно повторяют наши прикрытые попы – всевозможные профессоры кислых щей, якобы физики, якобы философы, якобы психологи. А также разных мастей оккультисты, эзотерики, и прочая шарлатанская публика. *** «Мысли материальны! Это уже доказано наукой на 146%! Если вы чего-то очень сильно хотите – то так и будет. Мысль способна творить чудеса! Только надо сильно хотеть и твёрдо верить, что желание сбудется, – и оно непременно сбудется!» Кто не слыхал эти пошлости, которые нам теперь часто преподносят с экранов телевизоров (в якобы «научных» передачах) и со страниц журналов (которые тоже якобы раскрывают самые глубокие загадки мира)? Эта пошлятина очень нравится нашему буржуазному обывателю. И понятно, почему. Ведь в этом утверждении скрыто обещание – что он все, чего захочет, сможет получить чудом, без труда, без жертв, одной только «материализацией мысли». Обывателя, с его паразитической психологией, это вполне устраивает. Кроме того – чем бессильней человек, тем более он готов ухватиться за чудо. В капиталистическом обществе, основанном на эксплуатации и неравенстве, на конкуренции, взаимном пожирании, – человек остро чувствует враждебность общества к себе, отсутствие поддержки и заботы со стороны этого общества, а значит – своё бессилие, неспособность воплотить свои желания в жизнь. Поэтому он и хватается за «материализацию мысли». По сути, надежда на материализацию мысли ничем не отличается от надежды на молитву, на бога. И там, и тут человек чувствует невозможность добиться желаемого своими силами, не надеется и на помощь общества – и потому рассчитывает на чудо. В первом случае он надеется, что его желание само по себе материализуется, а во-втором – что некая потусторонняя сила услышит желание, высказанное в молитве, и «материализует» его, даст желаемое. Как мы смотрим на это утверждение? Как на пошлую и вредную идеалистическую чушь, как на хитрую уловку, которая широко открывает дверь поповщине. Оно внушает, что наша мысль, желание, чувство, словом, наше сознание – может само по себе, непосредственно, без помощи материи воздействовать на мир, на объективную реальность. То есть, что сознание представляет из себя некую силу, которая способна выходить за пределы мозга, отделяться от мозга, существовать без него. А отсюда рукой подать до другого вывода – что для сознания мозг вовсе и не нужен, что сознание может появиться и без мозга, что оно существовало, когда мозга не было, и будет существовать, когда мозга уже не будет. Дальше уже как по маслу катимся к откровенной поповщине. Это сознание, которое не нуждается в материи, существует вне материи и до материи, – ещё вдобавок может и воздействовать на неё, изменять её по своему желанию. Отсюда прямая аналогия с другим сознанием, которое тоже, по уверениям попов, не нуждается ни в какой материи и существовало до всякой материи. И даже будто бы само же и создало весь материальный мир и теперь этим миром единовластно управляет. Как это «сознание» у попов называется, мы все знаем – «бог». То есть, если мы примем тезис о сознании, которое воздействует на окружающий мир непосредственно, без помощи материи, – мы тем самым уже приняли весь поповский вздор, приняли веру в бога, жизнь после смерти, загробный мир и всё такое прочее. Что такое сознание? Это способность человека познавать мир, отражать в своём мозгу окружающую действительность. Для чего человеку дано сознание, способность познавать мир? Для того, чтобы этот мир преобразовывать. Если бы человеку не требовалось преобразовывать мир – то ему бы не нужен был и разум. Если бы человек был неспособен преобразовывать мир – то тогда и способность познавать мир была бы совершенно бесполезной, то есть – ненужной. С другой стороны – без разума, без сознания человек не мог бы осознанно преобразовывать мир. То есть – способность человека познавать мир является частью способности его осознанно преобразовывать. Наше сознание, наш разум – является орудием для осознанного преобразования мира, для целенаправленного изменения окружающей нас действительности. Однако наше сознание неспособно изменять мир напрямую, непосредственно, без участия материи. Мы можем с помощью нашего сознания изменять окружающий мир – но только через материю и единственно через материю. Возьмём самый великолепный разум, с самым прекрасным, верным, глубоким отражением действительности и самыми гениальными идеями, как эту действительность изменить во благо человечеству. Но если у этого разума нет в подчинении материальных рычагов для передачи и осуществления своих идей – то он абсолютно бессилен. Все его гениальные идеи не выйдут за пределы его сознания. Они так и останутся под его черепной коробкой, и там и умрут, не принеся никому ни малейшей пользы, не оказав ровно никакого воздействия на окружающую действительность. Для того, чтобы разум мог воздействовать на окружающую действительность, у него в подчинении непременно должны быть руки – главный человеческий инструмент воздействия на природу. Ему нужны ноги – которые помогут приблизиться к тому объекту природы, который следует преобразовать. Ему нужны глаза, которые будут следить за работой рук и направлять её. Ему нужен слуховой и речевой аппарат для общения с людьми, с кем он вместе занимается преобразованием природы – ибо дело сознательного преобразования природы, сознательного изменения действительности – это всегда дело общественное. Оно нужно не одному человеку – а обществу, группе людей, и всегда осуществляется обществом, группой людей. Конечно, человек может воплотить свою идею не непосредственно сам, не непосредственно своими руками – а через других людей, руками других людей, объяснив им, что делать, написав для них инструкции, начертив чертежи. Но это не отменяет того факта, что для изменения природы, для воздействия на природу все равно нужны материальные человеческие руки – пусть не руки изобретателя идеи, а руки других людей, которым поручено воплотить её в жизнь (или механические руки машин, которые тоже были сделаны человеческими руками). Кроме того, и сам создатель идеи, для того, чтобы передать свою идею другим, – должен использовать материальные средства. Без помощи материи человек никак, абсолютно никаким образом не сможет свою идею передать другим людям. Для передачи своей идеи он в любом случае использует материю. Если он рассказывает о своей идее – то он при этом использует свой материальный речевой аппарат – губы, язык, голосовые связки. При их помощи он воздействует на материальный воздух, создает колебания воздуха – звуковые волны – и эти звуковые волны улавливаются материальным слуховым аппаратом других людей. А эти люди потом своими материальными руками воплощают идею в жизнь, изменяют окружающий мир. Если человек излагает свою идею письменно, пишет план, создаёт таблицу, чертит чертёж – то он опять-таки использует свои руки – материю; бумагу, ручку, карандаш, чернила, экран компьютера, клавиатуру – опять материю. И другие люди воспринимают план, чертеж или таблицу глазами – материей, и воплощают в жизнь, как уже было сказано, руками – опять и опять материей. Если человек не может ни говорить, ни писать, если у него нет языка и рук – передать свою идею другим людям он не может. Сделать так, чтобы его идея каким-то чудом, без помощи материи, вдруг оказалась в мозгу другого человека, – не под силу никому в мире. Но могут нам сказать – как же так случалось в истории, что нередко одна и та же идея приходила в голову разным людям? Например – в течение всего XIX века изобретатели разных стран активно пытались создавать летательные аппараты – дирижабли, планёры, позже – самолёты. Во второй половине XIX века энтузиасты аэродинамики смогли создать более или менее эффективные модели летающих аппаратов тяжелее воздуха, то есть – самолётов. Причём приблизительно одинаковых успехов в авиастроении почти одновременно и независимо друг от друга добивались учёные из разных стран. Другой пример – до Маркса, до создания научного социализма – множество учёных-социологов и политических писателей разных стран, не знакомые друг с другом, независимо друг от друга, стали развивать идеи утопического социализма. В чём же дело? Разумеется, тут дело не в том, что эти учёные без помощи материи передавали друг другу идеи на расстоянии, не в том, что идея будто бы способна отделиться от мозга и перелететь из одной головы в другую, или что она сама по себе существует как некий предвечный свет и озаряет, если ей это вздумается, в одно время головы разных людей. Такую смехотворную чушь мы оставим попам и их верным слугам – учёным-идеалистам. Мы – материалисты-диалектики и прекрасно знаем, что дело тут в другом – в уровне общего развития человечества. Человечество веками, с самых ранних времён, мечтало подняться в воздух, летать наподобие птиц. В древнегреческом мифе о Дедале и Икаре, поднявшихся в небо на крыльях из воска, воплотилась эта древняя мечта человечества. А может быть, и не только мечта – но и одна из первых человеческих попыток смастерить приспособление, позволяющее подняться в небо. Может быть, прообразами Дедала и Икара стали действительные люди – смельчаки и мечтатели, которые попробовали летать на самодельных крыльях. От этой мечты человечество никогда не отступало. Есть свидетельство, что делались попытки создать летательные аппараты в Древнем Китае, в Османской Империи, в Италии времён Возрождения. К началу XIX века человечество дошло до такого уровня развития, накопило такие научные знания, в том числе и в аэродинамике, – что изобретение летательного аппарата тяжелее воздуха, который способен совершать полёты на дальние расстояния и быть полностью управляемым, – стало возможным. Уже ясно было, какие громадные возможности даст авиация человечеству, уже было понятно, что она необходима для его дальнейшего развития. Короче говоря – овладение небом, создание авиации для человечества стало и возможным, и необходимым. Теперь изысканиями в области аэродинамики занималось огромное количество учёных, изобретателей, энтузиастов в разных странах. Все они, естественно, использовали все прежние достижения в области аэродинамики, которые уже стали достоянием не одной какой-то страны, а всей мировой науки. Поэтому совершенно понятно – что многие из них в разных странах, независимо друг от друга, делали примерно одинаковые открытия. То же самое и с появлением в разных странах учений утопического социализма. Человечество всегда мечтало о разумном и справедливом обществе, об обществе идеальных граждан. Разумеется, представители разных классов представляли себе это общество по-разному. Например, представитель рабовладельческой аристократии, древнегреческий философ Платон в качестве такого идеального общества обрисовал аристократическую республику, в которой существует жестокое деление на сословия-касты и вся власть принадлежит неким мудрецам-аристократам. Позже, с зарождением и развитием капитализма, многие философы и социологи стали понимать, что угнетение и несправедливость в обществе происходит от наличия противоположных классов, класса имущих и неимущих, от наличия частной собственности. Они мечтали устранить этот источник зла, создать справедливое и солидарное общество на основе равенства и общности имущества. Но они не знали, как это сделать, не понимали, какая сила и каким путём способна это осуществить. Поэтому все они создавали утопические учения – утопический социализм. Учения утопического социализма в той или иной форме возникали в Англии (Томас Мор, Роберт Оуэн), в Италии (Кампанелла), во Франции (Сен-Симон, Фурье), в Германии (Томас Мюнцер, Вейтлинг), а также в Азии (Сунь Ятсен в Китае) и Африке. Лишь в более поздний период капиталистического развития, когда на историческую арену вышел пролетариат и повёл активную борьбу против буржуазии, стало ясно, что именно он – та сила, которой предстоит переустроить общество и создать новый общественный строй. Именно тогда создание коммунизма как науки, научного коммунизма, стало возможным, и не просто возможным, а необходимым и неизбежным. И это учение было создано. Основоположниками его стали два гениальных учёных – Маркс и Энгельс. Кстати, и Маркс, и Энгельс, ещё до своей встречи и совместной работы, отдельно, независимо друг от друга, каждый своим путём – но шли к одной цели – к выработке диалектико-материалистического мировоззрения. Сдружившись, объединив свои умственные силы, они пошли этим путём быстрее и успешней. Как мы видим, причина того, что одни и те же идеи приходили к разным учёным, всецело материальна. Просто общество достигало такого уровня, когда эти идеи уже не могли не появиться, потому что отражали его потребности и соответствовали его возможностям. По библейской легенде, Христос сказал своим ученикам: «Если вы обладаете верой хотя бы с горчичное зерно – то вы сможете приказать горе сдвинуться с места, и гора по вашему приказанию сдвинется». На самом деле, какой бы верой ни обладал человек – если он не задействует материю (или, иначе говоря, если он не подкрепит веру делом) – то, конечно, никаких гор он с места не сдвинет. Он может напрягать свою мысль так, что вспухнет голова, может сойти с ума от напряжения, пытаясь сдвинуть горы силой своей веры. Но это ровно ни к чему не приведёт. Не только горы от этого не сдвинутся – а даже травинка не шелохнётся. Так что тут гораздо ближе к истине другое библейское изречение: «Вера без дел мертва». Конечно, человек может внушить себе, будто его мысль обладает такой силой, может уверить себя в этом. Например – он представляет себе, как мстит своему обидчику, расправляется с ним, стирает его в порошок. Он может даже для пущего эффекта прибегнуть к «заговорам», «колдовству», сжечь фотографию ненавистного человека или проткнуть иглой его восковую фигурку. Он может представлять в своём воображении, что его враг корчится, болеет, чахнет, умирает. Но все это будет только в его воображении, в его голове. На самом деле, в действительности, человек, на которого направлены все эти мысли. – ровно ничего не почувствует. И в тот момент, когда ненавидящий человек видит в воображении, что его недруг болеет, чахнет, умирает, – этот самый недруг может себя великолепно чувствовать. Он может в этот самый момент, когда сжигают его карточку или протыкают иглой восковое изображение, – веселиться с друзьями, ставить рекорд в спорте, получать премию за какое-либо достижение в науке или искусстве, быть предметом любви и восторга окружающих. Другое дело, что возможно этого человека испугать – например, сообщить ему, что к нему применили «колдовство». Если этот человек мнительный и если он вдобавок верит в такую чушь, как колдовство, – то он может испугаться, прийти в состояние подавленности, растерянности и страха. А это, конечно, скажется на его жизни, ухудшит её, приведёт к неудачам. Но здесь опять-таки причиной неудач будет страх и подавленность, глупость и суеверие мнительного человека – а не колдовство, не заговоры, не «материализация мысли». То же самое можно сказать и о тех случаях, когда, наоборот, горячо желают добра любимому человеку. Конечно, красиво и возвышенно звучат слова о том, что любовь охраняет любимого от всех бед и несчастий и даже спасает от смерти. Мы все помним стихотворение Симонова «Жди меня». Там говорится о женщине, которая своей любовью, верностью и ожиданием спасла любимого от смерти. Звучит красиво. Но разве у тех миллионов советских людей, которые погибли в войне, – не было родных и близких, жён, матерей, детей? Разве их не любили всей душой, не ждали, не желали горячо и страстно, чтобы они вернулись с войны живыми и невредимыми? Но, тем не менее, они погибли. Ни горячая любовь, ни страстное ожидание близких их не спасло от смерти. Оно не остановило пули и осколки, которые летели им в грудь, не удержало руки эсесовских палачей, которые затягивали петлю на шее пленных или заживо сжигали их в крематориях. Другое дело опять-таки, что если солдат был уверен в любви близких людей, то это придавало ему силу и бодрость, выдержку и решительность – а с такими качествами человек лучше воюет и они могут спасти ему жизнь в опасную минуту. Раненный боец, который знал, что его любят и ждут, проявлял большую волю к жизни, а это облегчало и ускоряло выздоровление. В таком смысле, конечно, можно сказать, что любовь близких помогает солдату на войне. Но любовь сама по себе не может перелететь из сознания любящего к любимому и стать преградой для пуль и осколков или же пластырем для ран. Любовь может помочь только в одном случае – если любящий проявит свою любовь действиями – действенной помощью, заботой и защитой. А любимый, воодушевлённый этой любовью, тоже проявит своё воодушевление действием – будет смело сражаться, решительно бороться за свои убеждения, твёрдо идти к цели и так далее. Если этого не будет, если не будет действия того, кто любит и того, кого любят, – то любовь никому и ничем не поможет. *** Господствующему классу – буржуазии – очень выгодно внушить нам, что мы можем изменить мир, улучшить общество без нашего непосредственного материального участия. Если мы поверим, что можем улучшить общество не через материальное действие, а как-нибудь по-другому – будь то через молитву, будь то через «материализацию мысли», – то им больше нечего желать. Тогда их власти ничего не будет угрожать. Тогда они на все будущие времена обеспечат себе возможность жить на нашей шее и питаться нашей кровью. Поэтому они нам это и внушают. Поэтому попы откровенные, с бородой и рясой, усиленно твердят: «Не нужно верующему человеку заниматься политикой, погружаться в нечистые политические склоки, которые лишат вас мира и душевного равновесия, озлобят и растревожат. Всё это затруднит ваше спасение. А вы вместо этого просто уповайте на бога, молитесь ему, чтобы он всё устроил к лучшему, – и верьте, что так и будет». А попы прикрытые, под мантией профессоров и докторов, эзотериков и оккультистов – нам внушают: «Мысли материальны! Наука это доказала! Так зачем вам стараться действием, делом, борьбой изменить общество к лучшему? Вы просто мечтайте об этом, рисуйте себе это в воображении. Представляйте себе этот прекрасный мир, это общество, в котором все счастливы, – и надейтесь, что так всё и будет. А действовать, чтобы воплотить свои мечты в жизнь, бороться с теми, кто паразитирует и держит трудящихся в рабстве, уничтожить тот строй, который уродует общество и калечит человека, – это всё не надо. Это трудно, опасно. Гораздо приятней, сидя на диване, наслаждаться мечтами и гордиться собой – вот и я тоже тружусь ради будущего, помогаю людям – мечтаю! Ведь мечты-то мои – материальны!» Какой толк от такого мечтания – понятно. Можешь восторгаться собой, рисуя в воображении самые милые вещи. Можешь воображать, что земля стала раем, превратилась в цветущий сад. Воображай, кто тебе мешает? Но в действительности вокруг тебя будет все та же загаженная, ограбленная капиталистами природа, распроданные и вырубленные леса и берега рек, застроенные заводами, которые травят воду. Можешь мечтать на досуге о том, чтобы все вокруг стали счастливы, чтобы люди стали прекрасны и общество справедливо. Мечтай себе на здоровье. Но на самом деле кругом будет несправедливость и угнетение, волчья грызня, взаимное пожирание, торжество низменных страстей и пороков, безобразные язвы и непримиримые противоречия общества, основанного на эксплуатации одних людей другими. Самые лучшие мечты ничего не стоят без материи, без материального действия. К нашим мечтам о прекрасной, цветущей земле мы должны добавить материю – миллионы рук, вооружённых лопатами, кирками, трактора, комбайны, лесопосадочные и поливочные машины. Только тогда земля зацветёт. К нашим мечтам о справедливом обществе, о счастье всего человечества мы должны добавить материю – миллионы рук, вооруженных винтовками и автоматами, которые уничтожат то, что мешает счастью человечества, – власть капитала, частную собственность. Только тогда общество станет справедливым. *** Идея без материального действия абсолютно бессильна. Но, с другой стороны, – без идеи человек не будет действовать. Никакая идея ничего не стоит, если нет миллионов рук, которые готовы за неё бороться, воплощать её в жизнь. Но эти миллионы рук не поднимутся на борьбу – если нет идеи. Нет идеи – значит, нет цели и пути к ней, нет общего направления, нет единства, нет воли к борьбе. Чтобы бороться с угнетателями и отдавать жизнь в этой борьбе – человек должен быть убеждён в правоте своего дела. Он должен быть уверен, что борьба рабочего класса справедлива и её победа неизбежна. А такую убеждённость дает только марксистская идеология. Чтобы на протяжении многих лет, может быть, на протяжении всей жизни, не щадя себя, работать для пролетарской революции – надо быть преданным рабочему классу беззаветно, до конца, жить только его интересами и отказаться от всего другого. Такую силу, выдержку и способность к самопожертвованию может дать только идеология, мировоззрение научного коммунизма. Между нашим мировоззрением и нашими действиями существует неразрывная диалектическая связь. Прогрессивная революционная идея и материальная сила, которая может воплотить её в жизнь, – порознь, отдельно друг от друга – совершенно бессильны. Вместе, в единстве – они преображают мир. Поэтому на вопрос – что изменит общество? – мы ответим так: Общество изменят революционная идеология рабочего класса, марксизм-ленинизм – и наши руки! Наша уверенность в победе пролетариата – и наши руки! Наша ненависть к угнетению, к врагам рабочего класса – и наши руки! Наша жажда справедливости, свободы и счастья для рабочих всего мира – и наши руки! Оксана Снегирь

РЕШЕНИЕ НАЦИОНАЛЬНОГО ВОПРОСА

Чтобы покончить с войнами и межнациональными конфликтами, требуется покончить с их экономической первопричиной — корыстными частнособственническими интересами капиталистов.
Пока существует капитализм, страны и народы постоянно будут сталкиваться лбами в конкурентной борьбе за свои "национальные интересы" (читай, за кошельки и благополучие богатейших слоёв национальной буржуазии). Выход из этой бесконечной череды больших и малых войн и межнациональных конфликтов один — обобществление средств производства, советская власть и диктатура пролетариата.
«Если частная собственность и капитал неизбежно разъединяют людей, разжигают национальную рознь и усиливают национальный гнет, то коллективная собственность и труд столь же неизбежно сближают людей, подрывают национальную рознь и уничтожают национальный гнет». И.В. Сталин «Об очередных задачах партии в национальном вопросе: Тезисы к Х съезду РКП(б), утвержденные ЦК партии».

ОЭФ, КОТОРАЯ НАС УБИВАЕТ

Нас учат верить, что капитализм — это свобода, выбор и развитие. Что это система, у которой нет и не может быть наилучшей альтернативы. Но почему тогда миллионы людей живут на грани выживания, пашут всю свою жизнь? Почему так называемый «прогресс» сопровождается выгоранием, хроническими болезнями и постоянным страхом завтрашнего дня? Почему труд — то, что должно давать человеку достоинство, безопасность и уверенность, — всё чаще отнимает у него саму жизнь?
Не кажется ли вам, что проблема не в отдельных личностях (которых, к слову, гораздо больше, чем принято думать), а в самой системе?
Действительно, капитализм может ассоциироваться с успехом и счастьем — но лишь для тех, кто находится на вершине социальной пирамиды: для людей у власти, владельцев крупного и среднего бизнеса, медийных персон, артистов, а также для жуликов и воров,живущих в симбиозе с буржуазной властью.
Но что насчёт обычных тружеников?
Им тоже предлагается один и тот же «универсальный» рецепт: иди во власть, развивай бизнес, стань успешным, будь гибким, креативным, конкурентоспособным.
Но возможно ли всем стать предпринимателями, артистами или управленцами — особенно в условиях современного капитализма, где развитие бизнеса до среднего и тем более крупного масштаба для большинства людей является невыполнимой задачей?
Что будет с системой, если все станут «интеллигентами», а рабочий класс сократится до минимума? Государство и экономика не могут существовать без значительного рабочего класса, и отрицать это — значит сознательно закрывать глаза на реальность.
Капитализм делает деньги высшей ценностью общества.
Тот, кто находится на самом «дне», мечтает заработать достаточно, чтобы выбраться из нищеты.
Тот, кто относится к надуманному «среднему классу», мечтает зарабатывать больше, чтобы улучшить качество своей жизни.
Тот, кто уже обладает всем необходимым и даже избыточным, мечтает зарабатывать ещё больше — ради роскоши, статуса, соревнования с другими, ради власти.
На первый взгляд кажется, что цели этих людей совершенно различны. Но все они имеют один и тот же фундамент — деньги. Без денег невозможно ни выживание, ни комфорт, ни власть. В итоге самые важные мечты, надежды и страхи людей оказываются жёстко привязанными к финансовому положению.
Именно из этого, в сочетании с человеческим эгоизмом, вырастают проблемы бездомности, безработицы, невозможности купить жильё или даже автомобиль, обеспечить себе достойную старость, отдых, безопасность и будущее для своих детей.
Капитализм неизбежно производит неравенство, формирует мнимые ценности, превращает человека в ресурс и измеряет его значимость исключительно через продуктивность и прибыль.
Капитализм убивает не всегда напрямую — чаще он делает это медленно и системно. Он убивает время, которое человек мог бы прожить как жизнь, а не как подготовку к завтрашнему рабочему дню. Он убивает здоровье, когда выживание требует переработок, хронического стресса и постоянного страха оказаться «лишним». Он убивает мечты, подменяя их требованием быть продуктивным, конкурентоспособным и полезным рынку. Он убивает солидарность, потому что в условиях конкуренции другой человек становится не союзником, а соперником.
Эта логика была описана ещё Карлом Марксом, когда он говорил об отчуждении труда: человек перестаёт видеть в своей деятельности продолжение себя, а начинает воспринимать её как вынужденную продажу собственной жизни по частям. Позднее Эрих Фромм дополнил эту мысль, утверждая, что капитализм формирует тип личности, ориентированной не на быть, а на иметь. В такой системе человеческие качества — эмпатия, забота, солидарность — считаются слабостью, а эгоизм, холодный расчёт и готовность идти по головам возводятся в ранг добродетелей.
Капитализм целенаправленно развивает в людях их худшие стороны. Он поощряет жадность, индивидуализм, цинизм, равнодушие к чужой боли. Он учит воспринимать мир как рынок, а людей — как инструменты, ресурсы или препятствия. Даже дружба, творчество и любовь всё чаще оцениваются через призму выгоды, статуса и успешности. Человек становится товаром, который обязан себя «продавать», постоянно повышать свою «стоимость» и бояться обесценивания.
Но на этом разрушительное влияние капитализма не заканчивается.
Капитализм неразрывно связан с войнами. Это не случайность и не «ошибка отдельных политиков», а логическое продолжение системы. История XIX–XX веков наглядно показывает: борьба за рынки сбыта, ресурсы, дешёвую рабочую силу и сферы влияния неизбежно приводит к вооружённым конфликтам. Империалистические войны, колониализм, неоколониализм, «экономические интервенции», фашизм и нацизм, прокси-войны — всё это формы одного и того же процесса.
Как писал Владимир Ленин, империализм является высшей стадией капитализма. Когда внутренние ресурсы роста исчерпываются, капитал вынужден расширяться вовне — силой или угрозой силы. Война становится способом перезапуска экономики, списания кризисов, перераспределения прибыли и власти. Для одних она означает смерть, разрушение и нищету, для других — контракты, восстановление, рост акций и новые рынки.
Человеческая жизнь в этой логике вторична. Она — допустимая цена за экономический рост.
При этом человеку снова внушают, что он сам виноват. Если он беден — значит, ленив. Если он выгорел — значит, не справился. Если он не выдержал — значит, слаб. Система, построенная на неравенстве и эксплуатации, перекладывает ответственность на индивида, заранее поставленного в заведомо неравные условия. Как писал Мишель Фуко, власть наиболее эффективна тогда, когда человек начинает контролировать и наказывать самого себя.
В результате мы получаем общество, в котором человек боится потерять работу больше, чем потерять себя. Где жизнь превращается в бесконечную гонку без финиша. Где ценность человека определяется не его человечностью, а его полезностью для капитала.
Капитализм обещает свободу, но даёт зависимость. Обещает выбор, но оставляет выбор между разными формами эксплуатации. Обещает развитие, но построил систему, в которой развитие одних оплачивается деградацией и страданием других.
Именно поэтому проблема не решается ни сменой элит, ни косметическими реформами. Нельзя устранить эксплуатацию, не затронув систему, основанную на извлечении прибыли. Нельзя гуманизировать механизм, который по своей природе требует неравенства. Нельзя сделать капитализм «человечным», так же как нельзя сделать насилие добрым.
Однако человечество знает альтернативу.
Коммунизм — это не музейный экспонат и не набор конкретных исторических примеров, которые принято сводить исключительно к СССР или странам социалистического лагеря. Это общество, в котором высшей ценностью является не прибыль, а человек; где экономика служит людям, а не люди экономике; где труд направлен на удовлетворение общественных потребностей, а не на обогащение меньшинства.
Будущее альтернативы зависит от нас. Она не возникнет сама по себе и не будет подарена сверху. Но сам факт её возможности разрушает главный миф капитализма — миф о том, что «альтернативы нет».
Альтернатива возможна.
И поэтому капитализм не может считаться ни естественным, ни вечным, ни оправданным. Но не нужно думать, что кто-то решит всё за вас. Лишь вместе люди сильны.
Всё начинается с малого. "Из искры возгорится пламя".
Капитализм — это не конец истории. Это лишь одна её фаза, которую человечество переживёт и заменит.

ПОЧЕМУ МАЛЫЙ БИЗНЕС НЕ СПАСЁТ ОТ БЕДНОСТИ

В капиталистическом обществе рабочие страдают от абсолютного и относительного обнищания. Из-за бедности и нищеты, люди постоянно испытывают финансовые затруднения и тревогу. Они не имеют возможности самореализоваться и удовлетворять свои потребности. Вынуждены всё время экономить на себе, своей семье и даже на собственном здоровье, и с каждым днём всё сильнее ощущают гнёт со стороны работодателей. Всё это вызывает неудовлетворённость и поиск дополнительного дохода, либо альтернативного источника заработка. Видя «спасение» в малом бизнесе, люди пытаются найти выход из своего положения в том, чтобы самим стать собственниками и открыть «своё дело», понимая под этим отказ от работы на «дядю» и открытие своего бизнеса. Более того, на это их толкает также и общий идейный фон капиталистического общества, в котором из разных источников внушается «культ успеха». Однако на практике все эти сладкие речи оказываются лишь мифом. Погоня за собственным бизнесом не способна освободить человека от бедности, и даже если находятся те немногие счастливчики, которым это удаётся, общество в целом остаётся по-прежнему бедным. Капиталистические СМИ и поп-культура внушают обывателю идею, что спасение от бедности (порождённой капитализмом) кроется в построении собственного бизнеса. Утверждается, что это может помочь достичь высокого уровня жизни, решить финансовые проблемы, самореализоваться и больше никогда не работать на «дядю». К примеру, именно об этом вещал российский олигарх Игорь Рыбаков. В своей книге «Жажда» он рассказал о собственном взгляде на историю создания компании, о личном взгляде на философию предпринимательства, и о том, как он принял решение заняться филантропией. Последние несколько лет Рыбаков занимается в том числе и образовательной деятельностью: много выступает на бизнес-конференциях и форумах, поддерживает начинающих бизнесменов, активно используя для коммуникации свой Instagram*. Игорь Рыбаков верит в принцип: каждый состоявшийся в обществе человек обязан и ответственен передать накопленный опыт и знания другим. Передача и есть жизнь. Игорь Рыбаков своими действиями архитектора формирует и бережно патронирует возникающую в результате его действий экосистему, которая создаёт «более процветающее, гармоничное и счастливое человечество». Вот что он пишет в начале своей книги «Ток. Как совершать выгодные шаги без потерь», вернее, начинает её с обычной демагогии: «Интересно, ты часто задумывался о том, что делают успешные люди и чего не делают неуспешные? А пробовал задать себе другой вопрос: чего не делают успешные люди и что делают неуспешные?» В своей книге Рыбаков призывает не бояться непредсказуемости и дискомфорта, а пытаться увидеть в них возможности для роста и не бояться потерять то, что уже имеешь. Да и вообще не надо бояться ошибок и провалов, так как нельзя стать предпринимателем, не став «чемпионом по ошибкам». Также Рыбаков призывает окружать себя предпринимателями, которые активно «обновляются», тогда и вы «перезапуститесь». Что нельзя позволять разуму доминировать над чувствами. Предприниматель – единственный вид человека, который может убирать устаревшее и приносить что-то новое и т.д. и т.п. Рыбаков со своей супругой учредил премию Rybakov Prize. Задача данной премии — показать обществу ролевые модели предпринимателей, меценатов и филантропов. Всех тех, кто по своей инициативе развивает школу не только как источник знаний, но и как центр притяжения и развития для местных сообществ. Рыбаков перевёл на счёт своего родного общеобразовательного учреждения в Магнитогорске 1 млн долларов. Денежные средства были выделены для создания эндаумента (целевой капитал некоммерческой организации). Средства, которые ежегодно инвестируются и тратятся на благо учреждения. В апреле 2020 года во время пандемии коронавируса Игорь Рыбаков объявил конкурс на создание памятника врачам, борющимся с заболеванием. Финалисты конкурса получили по 100 тыс. руб. Впрочем, о своей филантропии Рыбаков быстро забывает, когда речь заходит об извлечении прибыли. Так, в октябре 2021 г. он принуждал сотрудников подконтрольных ему организаций прививаться от коронавирусной инфекции. Не привившимся по инициативе предпринимателя на 20% сокращалась заработная плата. Сэкономленные средства бизнесмен обещал направить на строительство школ и детских садов. Вот и вся благотворительность. Другой пример — канал Юрия Дудя (10,1 млн подписчиков). В своих интервью Дудь постоянно продвигает капиталистическую пропаганду, самим своим контентом (интервью с успешными и богатыми) популяризирует «культ успеха» через распространение «историй успеха». Или вот ещё пример — на канале Евгении Стрелецкой (1,58 млн подписчиков), посвящённому психологии, мы во многих видео услышим, что именно построение своего дела может улучшить ваше материальное положение, а, как следствие, и психологическое здоровье. Где же рождается эта идея и почему так крепко сидит в голове у людей? Сама мысль об обязательном стремлении к тому, чтобы стать мелким бизнесменом, частником, открыть своё дело и т.д. существует уже очень давно и порождена самим буржуазным обществом. Капитализм основан на частной собственности на средства производства, эксплуатации труда, угнетении меньшинством-собственником большинства — трудящихся. Следовательно, только путём эксплуатации, превращения в собственника можно обеспечить себе материальное благополучие. Буржуазная мораль и культура поощряет стремление к всерастущей прибыли, к возвышению над людьми и к эксплуатации труда. Этими идеями пропитано всё буржуазное общество и таковы идеи класса буржуазии. Какой класс господствует экономически — того класс идеология и является господствующей. С классовой точки зрения, культ «своего дела» является мелкобуржуазным. Мелкая буржуазия — это промежуточная прослойка, являющаяся собственником средств производства, но использующая преимущественно личный труд, без привлечения наёмного труда. Следовательно, она черпает основную часть своего дохода не из присвоения чужого труда, а из результатов собственного. Тем не менее мелкий собственник — это тоже собственник, получающий выгоду из сложившихся социально-экономических условий и заинтересованный в приобретении ещё большей прибыли. Соответственно, эта идея становится основной в среде мелких собственников, так как порождается условиями их существования. Она хорошо внедряется в голову пролетариата, если он ещё недостаточно образован для того чтобы осознать свои коренные интересы. Рабочие видят в этой идее спасение для себя, с минимумом затрат, и не понимают, что переход в класс мелкой буржуазии дело очень непростое. Более того, жизнь мелкого собственника далеко не такая радужная, как её представляют в статьях и передачах вроде «3 секрета успеха» и т.п. Для открытия своего дела необходим первоначальный капитал. Приблизительно это сумма от 100 до 500 тыс. рублей. Оплата аренды помещения, покупка оборудования и расходных материалов, выдача зарплаты работникам и прочее — составляют большие траты. Далеко не у каждого рабочего, сводящего концы с концами и притом отягощённого долгами, найдутся такие деньги. Конечно, существует возможность взять кредит в банке. Банк может даже охотно пойти навстречу новоиспечённому заёмщику. Вот только в то же время известно много историй с мелкими предпринимателями, которые, потерпев неудачу, оказались в ещё больших долгах. Даже нахождение необходимой суммы на открытие собственного бизнеса не гарантирует начинающему предпринимателю успешное сохранение и развитие бизнеса. Как пишет РБК, ссылаясь на «Глобальный мониторинг предпринимательства» — к 2014 году данные указывали на то, что лишь 3% малого бизнеса в России сумело просуществовать дольше 3-х лет — остальные предприятия разорились. Только 3% начинающих предпринимателей сохраняют свой бизнес. Остальные не выдерживают конкуренции на рынке (с такими же мелкими собственниками и крупными предпринимателями) и оказываются в ещё худшем материальном положении, чем до того. Представим ситуацию, что начинающий предприниматель всё-таки сумел «выжить» спустя 3 года, смог устоять на ногах. Но он не застрахован от давления монополий, жёсткой конкуренции и экономических кризисов, неизбежных при капитализме и порой сотрясающих даже промышленных гигантов. Так, к примеру, согласно данным информационного портала Statista, численность предприятий в кризисные для российской экономики 2019-2022 гг. сократилось на 457 тыс.. Масштабы разорений и погружения на уровень ещё более плохих материальных условий бывших собственников колоссальны. Быть может, подобное положение дел касается только России? Как известно, российский капитализм часто называют «неправильным». В странах Западной Европы ситуация с выживаемостью малого бизнеса несколько лучше: в Норвегии дольше 3-х лет выживают 6,15%; в Финляндии — 6,65%; в Греции — 12,6%. Как видно из приведённых цифр, ситуация в Европе не отличается коренным образом от России. По данным Росстата, доля малых и средних предприятий в обороте организаций снижается на протяжении последних трёх лет. Причём очень резко сократилось их число в сферах недвижимого имущества, строительства, грузовых перевозках. Аналогичная тенденция прослеживается и в культуре, спорте, информационных технологиях, общественном питании, оптовой и розничной торговле. По мнению самих предпринимателей, ведению бизнеса в России мешает огромное количество отчётности, сложная бухгалтерия и отсутствие помощи от налоговой. Среди причин также называют монополизацию рынка, видя в ней главную помеху для развития своего дела. Другие уверены, что бизнесу не дают развиваться высокие налоги. Кроме того, предпринимателей волнует политическая и экономическая ситуация в стране, что именно это останавливает развитие их дела. Некоторые из них сетуют на нехватку льгот от государства. Не лучшие времена переживает малый бизнес и в развитых капиталистических странах после финансового кризиса 2008-2009 гг. и продолжающейся рецессии мировой экономики. Оценка влияния кризиса на малый бизнес показала, что негативное влияние на данный сектор экономики оказали следующие факторы: возрастающее количество отложенных платежей, которое ведёт к нарастающему дефициту оборотных средств, что, в конечном итоге заканчивается сокращением показателей ликвидности предприятий; увеличение уровня невыполненных обязательств, таких как неплатёж, срывание сроков поставки, банкротство, что приводит к общему сокращению предприятий малого бизнеса; нехватка финансов при возрастании потребности в кредитах у большинства предприятий. Поэтому в малом бизнесе не только США, но и стран Европы отмечено снижение деловой активности, ухудшение условий финансирования со стороны банков; сокращение инвестиционных программ; уменьшение потребности малых предприятий в оборотных средствах и сокращение количества малых предприятий. Во многом, лишь поддержка со стороны государства, а не «невидимая» рука рынка, позволила малому бизнесу всё ещё оставаться на плаву. В виде создания благоприятных условий для инновационной деятельности (США, Канада, Япония, Франция, Германия) и социального предпринимательства (Великобритания), а также стимулирование открытия новых предприятий, создание инфраструктуры поддержки малого бизнеса, обеспечение конкурентоспособности малых предприятий и т.д. Таким образом видно, что без искусственного стимулирования со стороны государства, единственным, неизбежным итогом ведения малого бизнеса становится разорение и пополнение рядов пролетариата. В условиях монополистического капитализма мелкий собственник не в силах выдержать конкуренции не только с крупными корпорациями, но даже с себе подобными. Так бывшие собственники возвращаются на рынок труда в качестве наёмных рабочих и встают перед вопросом: что делать и как улучшить своё положение? Действительное спасение от бедности находится не в безуспешных для абсолютного большинства населения попытках самим стать капиталистами, а в установлении диктатуры пролетариата и построении первой фазы коммунизма (социализма) . Для этого каждый наёмный работник должен осознать, что выход из бедности и нищеты лежит только через коллективную классовую борьбу с целью лишения буржуазии власти. Классовую борьбу, путём которой осуществляются общественные преобразования, основанную на столкновении экономических интересов между классами, занимающими разное место в системе производственных отношений. В этой борьбе каждый класс отстаивает свои собственные интересы. Она ведётся и завершается в сфере политики и права, религии и философии, литературы и искусства. Она ведётся и завершается не только путём экономического давления одного класса на другой, не только путём насилия одного класса над другим, но и путём борьбы идей, в которой выражаются стремления всех классов общества. Спасение человека от бедности — это объединение с другими трудящимися из всех сфер для ведения классовой борьбы против источника бедности: капитализма и эксплуатации труда. Важно понимать, что общественное производство охватывает весь процесс производства материальных благ. Их обмен, распределение и потребление. Однако, создателем этих материальных благ является пролетариат. В современном мире, с его высокими технологиями, растущей сферой услуг и постоянным усложнением производства, роль пролетариата неуклонно возрастает. Он объективно становится всё более прогрессивным и созидательным классом, а буржуазия — паразитическим. Кроме того, пролетариат представляет собой большинство экономически активного населения. Следовательно, государство, средства производства и ресурсы в будущем должны принадлежать именно ему. В этом заключаются общие интересы и общие судьбы всего мирового пролетариата. При социализме производство ведётся уже не ради прибыли, а ради производства того, в чём нуждаются люди, в интересах всего общества, ради блага всех и каждого. Основной целью социалистического производства является не прибыль, получаемая меньшинством, а подъём жизненного уровня большинства. Капиталистическое производство, базирующееся на частной собственности на средства производства и эксплуатации наёмного труда капиталом, подчинено цели извлечения максимальной прибыли, присваиваемой капиталистами. Прибыли, которая формируется из прибавочной стоимости, создаваемой пролетариатом. Буржуазия осознаёт себя как класс, которому объективно выгодно эксплуатировать пролетариат. В то же время класс капиталистов понимает шаткость своего положения и готов пойти на всё, чтобы сохранить своё право эксплуататора. Современные капиталисты — самый последний и сильнейший класс из всех эксплуататорских классов, которые управляли миром, потому рабочие всего мира должны во что бы то ни стало объединиться ради совместной борьбы за своё освобождение, за построение социализма/коммунизма. По своему экономическому положению мелкие собственники занимают промежуточное положение между основными общественными классами — рабочими и крупными капиталистами. С рабочими их роднит то, что они живут своим трудом; с капиталистами то, что они являются частными собственниками. Это шаткое положение не позволяет мелкой буржуазии быть до конца революционным классом, способным привести общество к прогрессу. Малый бизнес и превращение в мелкого собственника не спасут человека от бедности и нищеты, не спасут от диктатуры крупного бизнеса, мировых кризисов перепроизводства и войн. Как бы ни рекламировали мечту о «своём деле» буржуазные пропагандисты — это миф. В мире монополистического капитализма, даже в передовых странах для малого бизнеса остаётся всё меньше места. В эпоху империализма и дальнейшего развития индустриального общества, крупные монополии уже не заинтересованы в появлении конкурентов, которыми являются в том числе и мелкие собственники. Им нужна резервная промышленная армия труда, чтобы увеличить конкуренцию за рабочие места между наёмными работниками, чтобы ещё сильнее разобщить пролетариат и извлечь максимум прибыли, выплачивая рабочим минимальную оплату их труда. Судьба мелкого собственника — это почти неизбежная пролетаризация. Только встав на борьбу за общеклассовые интересы пролетариата под руководством марксистско-ленинской коммунистической партии, общество сможет добиться коренного изменения и прогрессивного переустройства общества. Спасение пролетариата — это классовая борьба, принципиальная и бескомпромиссная. Дорога к освобождению от нищеты лежит в пробуждении классового самосознания и осознания собственной значимости в экономическом укладе общества; в установлении диктатуры пролетариата, как класса созидательного и прогрессивного для построения коммунизма. В построении общества, где не будет существовать бедность и нищета как явления, и где не будет эксплуатации труда — общество свободных работников.

МИГРАНТЫ В РОССИИ: КАК КАПИТАЛИЗМ СОЗДАЁТ И ИСПОЛЬЗУЕТ МИГРАЦИЮ?

Почему одни говорят, что мигранты «отбирают» работу, а другие не могут найти сотрудников? Как власть использует антимигрантскую риторику, продолжая зависеть от дешёвой рабочей силы? Откуда вообще берутся трудовые мигранты и как с этим связан капитализм? Обо всем этом — в нашем новом материале.
Обычно под словом «мигрант» в России подразумевают прежде всего трудовых мигрантов — людей, работающих по найму в стране, гражданами которой они не являются. Из этого факта вытекают две специфические черты:
-применительно к ним, законодательство работает иначе, нежели в отношении граждан страны;
-как негражданин, трудовой мигрант испытывает давление со стороны доминирующей культуры, вынужден под неё адаптироваться или же вступать с ней в конфронтацию.
С точки зрения марксистской теории, мигрант — это такой же пролетарий, как и любой наёмный рабочий из коренного населения. Однако ввиду своих условий, он занимает более специфическое и сложное положение. Капитал использует мигрантов для двух основных целей:
1. Восполнение дефицита рабочей силы в определенном секторе экономики. Капитал постоянно перетекает из одной отрасли в другую, при этом не обязательно в границах одного государства. Таким образом, капитал тянет за собой потоки рабочей силы, вызывая трудовую миграцию.
В качестве примера, можно вспомнить развал СССР, когда в процессе слома социалистической экономики «нерентабельные» производства массово закрывались, в бывших союзных республиках образовывались многочисленные армии дешёвых рабочих, которые вынуждены были мигрировать в экономически более развитые центры бывшего СССР или заграницу. Это обстоятельство является свойством самого капитала, поэтому трудовая миграция с этой точки зрения неискоренима при существующей общественно-экономической системе.
2. Давление на уже занятых рабочих-граждан. Мигрант, если цена его рабочей силы дешевле, чем у местного населения, является дополнительным фактором давления на местный пролетариат. Играя на страхе людей остаться без заработка, капиталист сбивает цену рабочей силы, угрожая в противном случае нанять более дешевых трудовых мигрантов. Именно это экономическое обстоятельство и создает в основном почву для националистической и ксенофобской риторики.
Таким образом, мигрант испытывает на себе двойное давление: экономическое и политическое. Правящий класс разных стран может проводить различную политику в отношении мигрантов. Политику мультикультурализма во время экономического подъема для более комфортной адаптации иностранцев в стране пребывания и более быстрого движения рабочих кадров. Или наоборот — националистическую политику во время различных кризисов, чтобы отвести внимание населения от коренных проблем, превратив социальное напряжение в межнациональное.
При этом, как мы видим на примере России, правящий класс может вести противоречивую политику: одновременно привлекать мигрантов и в то же время накачивать шовинистическую риторику. Из-за повсеместного дефицита рабочей силы, когда привычные источники ценного ресурса себя исчерпали или находятся на пределе возможностей, правящий класс вынужден привлекать все новых мигрантов, в частности из Африки и Азии. При этом политическая ситуация подталкивает государство ко всё большему расширению спектра ограничительных, дискриминирующих мер, дабы перевести нарастающий социальный протест в сторону от существующих порядков. В ту область, которая, на первый взгляд, наиболее безопасна для правящей системы.
Тем не менее подобная двойственность, нередко вызывающая дополнительное трение между различными группами и представителями правящего класса, свидетельствует о нарастании внутрисистемного кризиса, ослаблении прежнего политического контроля.
Тема миграции — кладезь для националистической риторики и пропаганды, к ней прибегают как мейнстримные, так и маргинальные политики и деятели. Часто они используют в своей пропаганде укоренившиеся мифы о мигрантах.
Один из самых популярных мифов о мигрантах гласит, что привлечение работников из других государств ведет к росту уровня преступности. Более того, шовинистически и националистически настроенные группы и организации в России склонны приписывать мигрантам большинство преступлений, совершаемых в стране. Например, председатель СК России, Александр Бастрыкин как-то заявлял: Миф, что мигранты повышают преступность поддерживает более половины населения РФ, что лишний раз говорит о высоком уровне ксенофобии и мигрантофобии в частности.
Однако нет статистики или данных, которые бы подтверждали, что между миграцией и криминалом есть прямая связь. Совершенно напротив, на долю мигрантов приходится от 2% до 4% всех преступлений и большинство из них направлено как раз на представителей своей же группы.
Но у страха глаза велики и каждый громкий случай связанный с преступлением иностранца широко тиражируется в СМИ. Видимость того, что мигранты являются особенным «социальным классом», который сеет преступность, создается за счет целенаправленной раскрутки и широкой медийной огласки каждого случая совершения преступлений мигрантами. Официальные СМИ и националистические медиа гоняются за тиражами и разгоняют волну ненависти к мигрантам, широко тиражируя подобную информацию, гиперболизируя её вес в общем информационном потоке.
С одной стороны, такое акцентирование внимания на преступлениях мигрантов объясняется чисто экономическими мотивами. СМИ не задумываются над качеством распространяемой информации, а подчиняются капиталистической логике производства. Для них важны прежде всего тиражи и охваты, а страх, как известно, хорошо продается. Таким образом, СМИ распространяют шовинизм и умножают ненависть к мигрантам только за счет информационного давления на население через раскрутку фактов совершения преступлений трудовыми мигрантами.
С другой стороны, существуют националистические и ультраправые медиа, для которых это давление является частью их пропагандистской деятельности. В своих публикациях, подобные организации транслируют мигрантофобские настроения и националистическую риторику, придают новостям яркий эмоциональный окрас, манипулируют страхами россиян.
В качестве примера можно взять «Царьград» – медиа, подконтрольное «православному олигарху» Константину Малофееву. В другом своём материале автор «Царьграда» называет Таджикистан ни много ни мало «экзистенциальной угрозой» для России: При этом, когда речь идет о преступлениях, совершённых коренным населением, национальность преступника и его происхождение вдруг становятся неважными, хотя сами преступления могут ничуть не уступать по своей жестокости тем, которые совершают мигранты. Как например было с громким убийством на Кубани в декабре прошлого года или в Тюмени, или в тысячах других подобных новостей. Но ни авторы публикаций, ни редакторы соответствующих СМИ, ни сами националисты не спешат называть русских или представителей других коренных народов России «экзистенциальной угрозой» для жизни в стране. Никто не делает из новостей о преступлениях местного населения, чей поток многократно превышает количество новостей о преступлениях мигрантов, выводы об «этнической склонности» к преступлениям или «социальной неполноценности» коренного населения.
Кроме того, более половины всех зарегистрированных преступлений в России относятся к преступлениям против собственности. В 2016 г. этот показатель составил 57,1%, что эквивалентно 1 232 421 преступлению, классифицированному по главе 21 Уголовного кодекса РФ. Основная часть этих преступлений — кражи, которые составляют около 70% от общего числа преступлений против собственности. Мотивация вора, как правило, уходит корнями в экономическую бедность, но никак не в «особенную» склонность к жестокости или насилию.
То есть капиталистическая система сама по себе подталкивает людей к преступлениям, что гражданина РФ, что мигранта. Так что не миграция ведет к увеличению преступности, а само существование капитализма ставит людей в такое положение, когда они не видят другого выхода.
Конечно, экономика – не единственный фактор, способствующий криминогенной обстановке. На это влияет множество факторов: политическая и социальная обстановка, уровень культурного развития и т.д., но так как и общество и политика существуют на базе системы капитализма, именно его следует считать первопричиной.
Российские националисты и ультраправые любят спорить с расхожим утверждением о том, что «у преступления нет национальности», утверждая обратное, делая особый акцент на национальности совершающих преступления мигрантов. Но как становится хорошо видно даже при беглом анализе статистики преступлений и их причин – это не более чем примитивнейшая манипуляция. А кроме того – банальное лицемерие. Националисты игнорируют национальность преступников-россиян, игнорируют огромный поток преступлений, совершаемых коренным населением и подсвечивают только те факты, которые выгодно ложатся на их картину мира, в которой главный источник преступности в России – это трудовой мигрант. Наконец, риторика националистов игнорирует реальные причины преступлений: экономическое положение, эксплуатация труда, социальная среда, политическая обстановка и т.д.
Второй или даже равный по популярности миф гласит, что мигранты занимают рабочие места коренного населения. Этот миф более сложный, так как содержит в себе часть правды.
Правда заключается в том, что рабочая сила мигрантов дешевле, а значит, она сбивает цену рабочей силы местных работников. В конечном итоге, это приводит к тому, что мигранты занимают те позиции на рынке труда, на которых раньше были местные. Но ведь покупателем более дешёвой рабочей силы выступает национальный капиталист и именно он принимает решение, кого нанимать на работу, руководствуясь своими экономическими интересами.
Т.е всё же именно россиянин-предприниматель становится причиной того, что местное население теряет работу: «ничего личного, только бизнес» и холодная рациональность капиталистической логики. Капитализм как система создает конкуренцию между людьми за рабочие места. И несмотря на единый классовый интерес и схожее положение, рабочие разных национальностей в борьбе за выживание винят друг друга в проблемах, созданных экономической системой.
Однако в условиях современных реалий капиталистической России роль мигрантов теперь такова, что они занимают важное место в экономике, и их устранение может привести к ее коллапсу.
Во-первых, за счет мигрантов восполняется дефицит рабочей силы, который по оценкам экспертов к 2030 г. может составить около 2,4 млн работников. Причины дефицита рабочей силы на просторах бывшего СССР напрямую связаны с переходом к капиталистическому способу производства:
-образовавшаяся в 90-х демографическая яма, последующее снижение рождаемости;
-высокая смертность во время пандемии covid-19, напрямую связанная с оптимизацией расходов на медицину;
-частичная мобилизация в период проведения СВО;
-перекрытие потока трудовых мигрантов с Украины, которые играли значительную роль в экономике страны;
-низкая степень автоматизации труда.
Таким образом, в нынешней ситуации речь идет уже не о добавочном давлении на пролетариат и замещении коренных рабочих более дешевыми мигрантами, а о банальном восполнении дефицита.
Во-вторых, труд мигрантов задействован в основном на низкоквалифицированных работах, которые не считаются престижными у коренного населения. Конкуренция, таким образом, возникает между низкоквалифицированными рабочими и зачастую между самими же мигрантами.
Также нельзя не отметить, что трудовые мигранты своим присутствием расширяют рынок труда, так как тратят заработанные деньги на товары и услуги. Ниже приведены данные о вкладе мигрантов в экономику в целом.

ОБ "УТОПИЧНОСТИ" КОММУНИЗМА

«Да этот ваш коммунизм утопия, его невозможно реализовать» — очень частый возглас среди различных подпевал буржуазии и даже простого обывателя. Такой тезис можно услышать от ученого профессора, большого политика, именитого писателя, обычного труженика или студента, не разбирающегося в сути вопроса. Каждый раз этот клич сопровождается соответствующими крикливыми тезисами, которые ложатся вроде бы бетонным фундаментом «утопичности коммунизма». Фундамент этот представляет из себя 4 простых тезиса: -Изобилие невозможно; -Невозможно изменить «природу человека» (в смысле искоренения эгоизма, наживы, алчности, корысти и т.п.); -Равенство невозможно; -Невозможно полное отсутствие проблем и противоречий. О том, насколько состоятелен ярлык «утопия» в отношении коммунизма, можно судить по его фундаменту. Поэтому предлагаю разобраться с вышеуказанными тезисами, отражающими в том числе представления буржуазных мартышек о коммунизме. Оглянитесь вокруг и вы увидите, каких небывалых возможностей достигла ныне передовая мысль науки и техники, до чего, как говорится, дошел прогресс. Сложные вычислительные машины (обычные компьютеры и квантовые суперкомпьютеры), роботы, беспилотники, кибернетические системы, 3D принтеры, биомеханические протезы, автоматизированные фермы, чистая энергия, генная инженерия, гигантское транснациональное производство и т.д. А сколько еще невиданной техники находится на концептуальной стадии, в виде идей, набросков. И это не предел, не апогей развития, а лишь его рассвет. Данные технологии, вместе взятые при своем максимальном развитии и пользовании способны дать действительное изобилие благ, да еще и воспроизводимое изобилие. Сама природа данных вещей, равно как и заложенный в них потенциал, требует от нас совершенно новых производственно-экономических отношений, совершенно иного подхода к общественному производству. Данная техника обеспечивает общественный характер производства (с одной стороны в деятельность вовлекается подавляющее число населения, с другой стороны – производятся блага для пользования всеми народными массами, так сказать для «массового потребителя»), но при частном способе присвоения и распределения продукта, т.е. при частной собственности ни о каком изобилии речи быть не может, ведь хозяину нужны барыши, а не всеобщее благо. Барыши получаются благодаря дефициту, а не обилию. Поэтому техника требует от нас приведения способа распределения благ в соответствие с характером самого производства, а именно – взятие средств производства в общественную собственность, направление техники и самого производства на нужды всего народа целиком, а не исходя из жажды капиталиста купаться в роскоши за счет прибыли. Поэтому необходимо объединение раздробленного ныне производства в единый централизованный комплекс и ведение хозяйства на научных началах. Соединение новейшей техники с научным подходом и новыми экономическими отношениями в своем развитии приведут к устойчивому изобилию. Конечно, это не будет сделано сразу сиюминутно, на следующий день после социальной революции. Это безусловно долгий, очень тяжелый и тернистый путь, на котором нам встретится жесточайшее сопротивление капиталистов, которое будет содержать много ошибок и т.п. А результатом этого тернистого пути смогут насладиться лишь наши правнуки и праправнуки. О т.н. «природе человека» болтают много и очень многие. Как правило, к ней относят: эгоизм, алчность, наживу, индивидуализм, конкуренцию и т.п., то есть — все личностные пороки эксплуататорских формаций. Постулируется неизменность личности человека, «природы человека», а стало быть и «коммунизм невозможен», ведь таким образом, он является всего лишь «грезами наивных романтиков». Однако, еще К. Марксом и Ф. Энгельсом было выявлено, что сознание человека – его мировоззрение, идеи, ценности, идеалы, святыни, его отношение к себе, к другим людям и природе в целом, меняется с изменением производственно-экономических отношений, с изменением способа производства, равно как и происходят из них. Индивидуализм и конкуренция, например, происходят из частной собственности, в то время как коллективизм и сотрудничество – из общей собственности. Это положение вещей наглядно иллюстрирует античная Европа, где была Римская Республика с конкуренцией, индивидуализмом, алчностью, корыстью и пр. Также были кельтские и германские племена, где господствовали сотрудничество, коллективизм, искренность и альтруизм. В тоже время, физиология с психологией доказали, что личность, т.н. «природа» человека является преходящим, то есть не постоянным явлением, а постоянно изменяемым. Личность (мировоззрение, ценности, идеи, идеалы, отношение к себе и окружающему миру, модель поведения) формируется и определяется окружающей средой, в рамках которой он живет и с которой взаимодействует. Также на личность человека влияет содержание типов его деятельности. От того коммунисты и полагают, что, изменяя среду в процессе своей трудовой деятельности, человек изменяется сам, а изменив среду кардинальным образом, человек изменится в корне. А социальная среда, есть не что иное, как общественно-экономическая формация, со способом производства, с определенными производственно-экономическими отношениями в фундаменте. На смену чистогану, конкуренции и индивидуализму; которые происходят из рыночных отношений, частной собственности и раздробленности производства, – придет сознательность и благодетель, сотрудничество и коллективизм, происходящие из общей собственности и объединенного производства. А уже в ходе и по достижению изобилия, которое, как выяснилось, есть возможность и даже необходимость, – отомрут такие вещи, как алчность, корысть, ненависть, преступность, леность, паразитизм, эгоизм и т.д. Когда речь заходит о равенстве, на сцену по обыкновению выходит госпожа спекуляция и «чучело», т.е. подмена понятий. Отсюда и понимание равенства как всеобщей тотальной уравниловки, причем у многих это связано не только с уравнением доходов. Однако марксизм под равенством понимает, во-первых, равенство между нациями, между полами и т.п. (права), а во-вторых, действительное равенство возможностей. Равный доступ к труду, орудиям труда, производству и общественно-политическим органам. Стремится же марксизм к равенству, при котором каждый имеет столько благ и таких благ, сколько и каких ему нужно; где каждый трудится и трудится свободно, с энтузиазмом. Учитывая возможность создания воспроизводимого изобилия, такое положение вещей однозначно реализуемо, в долгосрочной перспективе. Но равенство социально-политическое (как между различными народами, между мужчиной и женщиной и т.п., так и в плане отсутствия эксплуатации, равенства возможностей) достижимо в ближайшей перспективе. В силу того, что утопия есть идеальное устройство, идиллия, лишенная всяких проблем и противоречий (а многим кажется, что коммунизм — это именно идеальное общество) в огород коммунизма кидают такими помидорами как «при коммунизме не должно быть проблем, все должно быть идеально, а такое невозможно…». Однако, марксизм утверждает вовсе не об отсутствии проблем-противоречий как таковых при коммунизме. Опираясь на общее и детальное исследование природы, мы понимаем, что движущим механизмом развития являются как раз противоречия, проблемы, встающие перед человеком, перед обществом. Они есть везде и всегда. Но если какая-либо конкретная проблема, вставшая перед человеком, не решается и стала вообще застывшей, такая проблема есть тормоз, а не газ развития. Марксизм же учит нас, что в коммунистическом обществе будут и должны быть проблемы, должны быть определенные противоречия. Однако, во-первых, эти проблемы, эти противоречия (и их формы) будут кардинально отличны от того, что имеется сегодня, они будут совершенно иными. Во-вторых, все возникающие проблемы, назревающие противоречия, будут решаемыми и преодолеваемыми. Нет такой проблемы, которую невозможно будет решить в рамках коммунистического строя, а на смену одной решенной проблемы встанет новая, более сложная проблема, благодаря чему коммунистическое общество не сможет топтаться на месте, пребывая в некой раз и навсегда застывшей форме. Как видно, фундамент состоит вовсе не из бетона знания, но из песка домыслов и логических ошибок. Конструкция «коммунизм невозможен, коммунизм утопия» рушится, словно песочный замок. Мы прекрасно видим, насколько и как в действительности возможен коммунистический строй. Эра утопичного коммунизма завершилась, когда К. Маркс и Ф. Энгельс начали совместную деятельность, подвергая критике в том числе прежних социалистов за поспешность их выводов, за отсутствие позитивной доктрины перемен и жажду конструирования, детализирования будущего строя, без глубочайшего исследования положения дел сегодняшнего дня. И именно благодаря открытиям, сделанным Марксом и Энгельсом, коммунизм приобрел научную основу через всеобщие законы развития, закономерности исторического процесса и природу-перспективу существующего, капиталистического строя. Коммунизм перестал быть продуктом мечтательного ума, конструировавшего лучшее будущее, а стал научным прогнозом будущего, аккуратно выведенным из исследования действительности.

МЕШАЕШЬ АГРОХОЛДИНГУ? ТВОЙ СКОТ БОЛЕН И БУДЕТ СОЖЖЁН!

В России разворачивается один из самых острых аграрных конфликтов последних лет. С февраля–марта 2026 года в Сибири и Поволжье власти проводят массовое изъятие и уничтожение скота под предлогом борьбы с инфекциями. То, что начиналось как ветеринарная операция, уже переросло в серию протестов фермеров и жителей сельских территорий, перекрытие дорог и открытые столкновения с властями. Тысячи семей в одночасье лишились единственного источника дохода, а доверие ко многим чиновникам на селе упало до критической отметки.
Сначала чрезвычайную ситуацию объявили в Новосибирской области. Официально — вспышки пастереллёза и бешенства. Затем карантинные зоны начали вводить в Алтайском крае, Бурятии, Кемеровской, Омской областях и еще в нескольких регионах Поволжья. Всего очаги заболеваний зафиксированы уже более чем в десяти субъектах.
Меры жесткие и однотипные: полный карантин, запрет на вывоз и ввоз животных, тотальный забой всего поголовья в радиусе нескольких километров от очага. Трупы сжигают на месте. По данным местных СМИ и сообщений фермеров, счет уничтоженных животных уже идет на десятки тысяч голов. В некоторых селах за один день вырезали целые стада — от коров и овец до коз и даже птицы.
Сельские жители и мелкие фермеры говорят прямо: меры носят непрозрачный и часто произвольный характер: уничтожают даже внешне абсолютно здоровых животных, без каких-либо видимых симптомов; лабораторные анализы перед забоем либо не проводятся вовсе, либо их результаты не показывают владельцам; решения о карантине и забое принимаются без предоставления документов и объяснений; компенсации приходят с огромными задержками и в размере, который не покрывает даже половины реальной стоимости скота.
По итогу, в ряде регионов фермеры начали блокировать дороги, не пропускать ветеринарные бригады и спецтехнику. В нескольких случаях к местам забоя пришлось присылать Росгвардию. Есть свидетельства, что животных забирали и уничтожали даже в отсутствие хозяев — просто ломали ворота и увозили скот.
Ситуация вызывает у нас серьезные вопросы.
Во-первых, заявленные болезни — пастереллез и бешенство — по международным и российским нормам далеко не всегда требуют тотального уничтожения всего поголовья. Пастереллез успешно лечится антибиотиками, при бешенстве обычно уничтожают только животных с клиническими признаками. Однако на практике применяется стратегия «полного выжигания» в радиусе 5–10 километров — метод, который обычно используют при ящуре или африканской чуме свиней. При этом официально наличие этих особо опасных инфекций власти отрицают.
Во-вторых, фермеры и владельцы личных подсобных хозяйств практически никогда не получают на руки результаты лабораторных исследований. Им просто вручают предписание и счётчик на уничтожение. Отсутствие прозрачности мгновенно рождает подозрения: а действительно ли там была инфекция или это удобный повод «почистить» мелкие хозяйства?
Для большинства сельских семей скот — это не крупный бизнес, а буквально средство выживания. Одна-две коровы дают молоко детям, мясо на зиму, возможность продать телят и закрыть кредиты, оплатить коммуналку и учебу. После массового забоя люди остаются без дохода, без возможности быстро восстановить стадо (молодняк сейчас стоит в разы дороже) и часто с непогашенными кредитами.
Компенсации, которые обещают власти, на практике оказываются мизерными: рыночная цена животного — 80–120 тысяч рублей, а выплачивают 30–50 тысяч, да и то через полгода. Эксперты аграрного рынка прямо говорят: такие выплаты не позволяют даже начать заново. Многие фермеры после этого просто сворачивают хозяйство и уезжают в город.
На этом фоне все громче звучат подозрения, что кризис выгоден крупным агрохолдингам. Они работают в закрытых комплексах, имеют собственные ветслужбы и лобби, карантинные меры их почти не касаются. Освободившаяся ниша на рынке молока и мяса может перейти именно к ним. Прямых доказательств сговора нет, но сама логика концентрации аграрного производства в руках нескольких игроков делает такие опасения очень серьезными.
Эта ситуация невольно возвращает нас в эпоху даже не Советского Союза (в СССР такого не было - Ю.С.), а Российской Империи. Вспоминается рассказ Михаила Коцюбинского «Для общего блага», в котором власти точно так же, «ради спасения отрасли», приказали вырубить и сжечь тысячи плодоносящих виноградных лоз на юге страны. Формально — борьба с филлоксерой. Фактически — разорение тысяч крестьянских семей.
На наш взгляд, даже если санитарные меры объективно необходимы, их непрозрачность, несоразмерность и отсутствие нормальной компенсации превращают необходимую ветеринарную операцию в социальный взрыв. Без открытой независимой экспертизы, справедливых компенсаций, без реального участия самих фермеров в выработке решений такие аграрные кризисы будут повторяться снова и снова. И каждый новый случай будет только углублять пропасть между властью и селом.
https://dzen.ru/a/acBxMURBkDkWVbZq

БУРЖУАЗНЫЕ КЛЕВЕТНИКИ ВСЁ НЕ УНИМАЮТСЯ, ИЛИ О ТОМ, КАК МАРКС «ПОМОГАЛ» БАНКИРАМ

Возьмите прочтите любую клевету буржуазных пропагандистов на идеологов коммунистического движения – Ленина, Маркса, Энгельса. Что вам бросится в глаза? Во-первых, подлость и бесстыдство буржуазных писак. А во-вторых – их глупость и невежество. Подлостью и бесстыдством, конечно, их писания просто-таки блещут, и в этом ничего удивительного нет – это клокочет вполне понятная ненависть буржуазии к вождям рабочего класса. А как не ненавидеть? Социализм уничтожили и на его развалинах устроили пир мародёров, собственность советского народа разграбили, рабочий класс под ярмо загнали и теперь с помощью полиции, армии и административного аппарата держат его за глотку и сытно живут на его горбу. Вроде бы буржуазии остается только радоваться и пировать. Но этот пир совсем не так весел и беззаботен, как кажется на первый взгляд. Да, социализм уничтожили. Но пролетариат жив. Жив могильщик буржуазии, которому история назначила отправить эксплуататорский класс в небытие. Сегодня пролетариат обманут, одурачен, разрознен, растерян. Но завтра он может сплотиться, организоваться, вернуть себе силы. Значит – нет для капитала покоя, нет уверенности в своем прочном положении. Буржуазия жрёт, пьёт и пляшет – но её гложет страх. Показным куражом, наглостью и развязностью она прикрывают свою неуверенность в будущем. Она знает – завтрашний день может всё изменить, перевернуть всё с ног на голову. И она уже не будет блистать на вершине жизни, не будет пировать за счёт рабочих, наоборот – рабочие станут хозяевами жизни, а ей придётся исчезнуть как классу. А что может вернуть пролетариату силу? Только учение Маркса, Энгельса и Ленина. Только оно может поднять пролетариат на борьбу против власти капитала. Так стоит ли удивляться, что буржуазные идеологи не могут спокойно произносить эти имена и стараются измазать самой подлой клеветой? Но дело не только в подлости. Клевета эта часто откровенно бездарно состряпана, откровенно шита белыми нитками, не имеет ни логики, ни правдоподобия, вопиюще абсурдна. Такое чувство, что писали круглые тупицы и невежды для таких же тупиц и невежд. Буржуазные писаки как будто соревнуются – кто родит самую дикую и нелепую чушь. Чего стоят такие байки, например, что «Ленин болел сифилисом». Хотя опровергнуть это утверждение можно элементарно. Стоило бы нашим писакам чуть-чуть пошевелить извилинами, и они бы это поняли. Как известно, сифилис поражает мозг. Следовательно, человек, у которого мозг поражён сифилисом, становится неспособен к умственной работе. Однако у Ленина в этом отношении всё обстояло блестяще до последних дней его жизни. Сочинения Ленина собраны в пятидесяти пяти томах, и каждая строка из этих пятидесяти пяти томов – проявление мощнейшего, гениальнейшего ума, небывалой силы исторического прозрения, образец остроты и чёткости политической мысли, вершина публицистического мастерства. Повторяем – у Ленина подобных текстов пятьдесят пять томов. Вы, не болевшие сифилисом господа клеветники, – попробуйте написать хотя бы один абзац подобного текста! Не напишете! Не выжмете из себя ни одной строки, даже если вас поставить под дуло пистолета! И всё-таки по наглости, абсурдности и глупости, на наш взгляд, первое место нужно присудить другой буржуазной клевете. Эта байка о том, что якобы Карл Маркс – вы послушайте! – помогал банкирам! Что он и «Капитал»-то свой написал, чтобы оказать услугу мировой банкирской мафии – мол, отвлекал внимание от банкиров–кровососов, переводя все внимание на промышленный капитал. Гиганты мысли, которые смогли до такого додуматься, доказывают свою теорию приблизительно так: что, мол, Маркс злобствовал и мазал чёрной краской исключительно одних только капиталистов-промышленников. И якобы при этом ни слова не говорил о банкирах. Следует гениальный вывод – Маркс пособничал банкирам, действовал в их интересах! И неспроста он, коварный, написал свой «Капитал» – а как раз для того, чтобы ошельмовать бедненьких капиталистов-промышленников и отвлечь внимание от банкиров! Примерно в таком духе вещают и Стариков, и Катасонов, и некий Столешников, за которым, всего вероятней, скрывается просто группа каких-то куражливых митрофанушек. Все эти господа имеют высшее образование, а некоторые, как это ни комично, даже учёные звания – например, Катасонов, который является ни много ни мало профессором. Плохо ваше дело, господа буржуазные идеологи! Не спасают вас ни высшее образование, ни учёные степени, ни профессорские мантии. С логикой, с умением мыслить и делать обобщения положение у вас обстоит скверно. Ведь тот класс, который вы представляете, не заинтересован в правде, подсознательно враждебен ей. И вы, его представители, в силу этого умствуете и разглагольствуете не ради того, чтобы отыскать истину, – а чтобы скрыть, замазать, извратить её. В противном случае вы поняли бы то, что очевидно любому человеку, если только он не идиот. Маркс выступал за уничтожение капитала – целиком и полностью, за отмену частной собственности вообще – всякой, любой частной собственности. Банковский капиталист – по сути своей такой же капиталист, как и любой другой, он имеет такую же цель, как и любой другой, – получение прибыли. Банковский капитал – такая же частная собственность, как и любая другая. Следовательно, с падением капитализма будет уничтожен любой капитал, в том числе и банковский. С уничтожением частной собственности будет упразднена любая частная собственность – значит, и банкиры лишатся свой частной собственности, то есть – своих денег. Это – дважды два. Чтобы не понять такой очевидной вещи, надо быть круглым тупицей. Или – буржуазным идеологом, который жизненно заинтересован скрыть правду от других и от себя. Ведь совсем не нужно иметь пять высших образований и профессорской степени, чтобы понять простую вещь: если заводы, фабрики, земля, недра, транспорт, коммуникации и все прочие средства производства являются собственностью всего общества, собственностью трудового народа – то неужели же трудовой народ плоды своего труда – доходы от средств производства – будет отдавать каким-то банкирам? Как вы себе это представляете? Заводы, фабрики, земля, нефть, газ – общественная собственность – а деньги от заводов и фабрик, от нефти и газа, от общественной собственности – мы с какой-то радости будем относить в частные банки, отдавать частнику, капиталисту-банкиру? Да и откуда вообще взяться тогда банкирам, частникам – если частная собственность запрещена, отменена, объявлена вне закона? Что, мы в зоопарке их сохраним? Или создадим заповедник для них? Будем водить на экскурсию туристов и показывать: смотрите, здесь, в социалистическом обществе, мы сберегли такой вот островок буржуазного строя – несколько банковских капиталистов! И бережём их, чтобы было кому нас грабить и отнимать у нас плоды нашего труда! Вы бы хоть не смешили народ, господа стариковы, катасоновы, столешниковы и им подобные! И вот такие, как вы, теперь пишут книги, вещают с экрана и выступают с кафедр! Такие, как вы, в буржуазном обществе носят громкие имена докторов наук, учёных, писателей! Ещё одно доказательство, что контрреволюционный класс, которому вы служите, отжил своё время, одряхлел и отупел, стал совершенно бесплоден в области мысли. Кроме того, один вопрос просто таки-напрашивается на язык. Я адресую его не к аудитории стариковых и катасоновых. Аудитория стариковых и катасоновых, их читатели, слушатели и зрители – это невежественные простофили, которые могут принять на веру что угодно. Они похожи на птенцов с разинутым клювом. Эти птенцы доверчиво глотают любой умственный экскремент, который угодно произвести на белый свет стариковыми и катасоновыми. Но сам-то Катасонов, как и Стариков, – ведь они вроде по возрасту относятся к тому поколению, которое жило в Советском Союзе. А стало быть – не могут Стариков и Катасонов не знать такой вещи – что в Советском Союзе не было ни частных банков, ни банкиров. А, господа Стариков и Катасонов? Поройтесь-ка в своей памяти. Припомните – может быть, в Советском Союзе у нас были банкиры? Может, у нас были частные банки? Не было! И не могло быть! Потому что в советской стране – в социалистическом обществе – была отменена частная собственность. Никакие средства производства не могли находиться в руках частных лиц – ни заводы, ни фабрики, ни земля, ни полезные ископаемые. Поэтому не могли находиться в частных руках и финансы. Никто не мог использовать в целях наживы, для своего личного обогащения богатства, принадлежащие народу и созданные общественным трудом – ни предприятия, ни земные недра, ни транспорт, ни средства связи, ни средства массовой информации. Поэтому, естественно, – никто не мог использовать ради наживы финансы, основать частное банковское предприятие и заделаться банкиром. Теперь всё это носит красивое название: «предпринимательство», «бизнес», а в советское время называлось так, как есть, – эксплуатация, грабёж, обворовывание общества. Но почему в Советском Союзе не было частной собственности? А как раз потому, что в России рабочий класс совершил Великую Октябрьскую революцию. Потому что российский рабочий класс поступил так, как учил Карл Маркс. Он вырвал власть у буржуазии и упразднил частную собственность. Он отобрал у паразитов всё награбленное. У царя с царицей, всевозможных «царственных особ» и аристократов – дворцы, в которых они наслаждались жизнью, плясали, флиртовали и говорили друг другу комплименты, пока другие гнули на них спину. У фабрикантов – заводы и фабрики, где российские рабочие работали по пятнадцать часов в сутки, создавая их богатства. У помещиков – землю, благодаря которой они вели классическую жизнь паразитов за счет крестьян. У попов – их несметные, накопленные за века сокровища – земли, здания, драгоценности. Эти несметные богатства русская православная церковь накопила, потому что всегда была верной служанкой богатых, всегда исправно охраняла их власть и уговаривала бедных повиноваться эксплуататорам. А у банкиров рабочий класс отобрал их деньги. Он национализировал все частные банки, сделал их общественной собственностью. Причем – заметьте, господа стариковы и катасоновы, – национализация банков была проведена в первую очередь, ещё до национализации промышленных предприятий. Через десять дней после победы Великой Октябрьской революции по приказу Ленина вооружённые отряды рабочих взяли под свою охрану все банки в столице. Банки были объявлены общественной собственностью. С этого момента никаких банкиров существовать не могло. Частная банковская деятельность в советской стране была поставлена вне закона – так же, как и любое другое «предпринимательство», то есть – эксплуатация общества частными лицами. Знали ли вы об этом, катасоновы, стариковы, столешниковы и прочие? Если вы об этом знали – то какого чёрта дурачите бедных простофиль, которые вам верят? Какого чёрта кидаете в их разинутые рты грубую и наглую ложь? А если вы об этом не знали – то какого чёрта выходите на университетские кафедры? Какого чёрта вы развалясь сидите и несёте самодовольный вздор в телестудиях? Какого чёрта тащите свой умственный мусор в книжные издательства и в редакции газет? Сидите на кухне и «просвещайте» своих приятелей. Объясните им, что злокозненный еврей Маркс служил банкирам, что он в интересах банкиров боролся за уничтожение частной собственности – в том числе тех же частных банков, и за уничтожение класса капиталистов – в том числе тех же банкиров! *** Глупа, смешна и шита белыми нитками и другая уловка клеветников Маркса. Они пытаются изобразить себя этакими защитниками промышленного капитала, страдающего от засилья банковского. Они пытаются скрыть тот факт, что капиталист-банкир и капиталист-промышленник по сути ничем друг от друга не отличаются. Оба они – представители одного класса – класса паразитов, оба живут за счёт чужого труда, у обоих одна цель – нажива, прибыль. И оба в своём стремлении к обогащению ничем не брезгуют и ни перед чем не остановятся. Однако буржуазные митрофанушки пытаются представить дело так, что якобы капиталист-промышленник – это какой-то особый капиталист, совершенно отличный от банкира, полезный для общества, во всех отношениях достойный гражданин. Что он и не капиталист вовсе, а якобы такой же страдающий от кровопийцев-банкиров несчастный труженик, как и рабочий-пролетарий. Картина встаёт перед глазами просто душераздирающая! С одной стороны, банкир – какой-то злодейский паук, с другой – капиталист-промышленник – несчастная, невинная мошка, попавшая в лапы паука и безжалостно им высасываемая. Или банкир – какой-то кровожадный волк, а промышленный капиталист – этакая трепетная лань, которая бьётся в зубах у волка. Чем же так ужасен банковский капиталист? Что же он, злодей, такого страшного делает – что нам его рисуют чернее дьявола – а промышленного капиталиста изображают пай-мальчиком и невинной жертвой? Нам отвечают – банкир берёт ссудный процент! Хорошо – а давайте посмотрим, что же такое этот пресловутый, страшный ссудный процент? (Господа стариковы и катасоновы говорят нам, что ссудный процент – это просто ужас, что он как раз и есть корень проблемы и источник всего зла современного общества. Этим они лукаво скрывают настоящий источник зла – частную собственность, из которой как раз и проистекает частное кредитование, частные банки, а значит – и столь хулимый ссудный процент). Ссудный процент заключается в том, что банкир даёт промышленнику в долг одну сумму – а получает больше, чем дал, получает деньги с процентами. Иначе говоря – ссудный процент – это прибыль банкира, которую он получает от своего предпринимательства. Ибо банкирство, частное кредитование – это такое же предпринимательство, как и любое другое, а банкир – такой же предприниматель, частник, капиталист, как любой другой. И вы, значит, обвиняете банкира – предпринимателя, частника, капиталиста – в том, что он получает прибыль, стремится к прибыли, и вообще начинает свое банковское дело исключительно с одной целью – ради прибыли? Вы считаете, что он не должен этого делать? Вы полагаете – что он должен этим заниматься даром, из любви к человечеству? Он должен строить и содержать здания банков, набирать служащих и платить им из своего кармана, брать вклады у населения и предоставлять кредиты промышленным капиталистам – и все это за просто так, за красивые глаза – потому что капиталисты-промышленники ему симпатичны и он желает их облагодетельствовать? Иначе говоря – вы обвиняете банкира, что он не занимается благотворительностью? Но кто же, скажите на милость, в капиталистическом обществе, основанном на наживе – занимается благотворительностью? Кто, какой капиталист-предприниматель начинает свое предприятие, не рассчитывая на прибыль? Возьмем тех же оплакиваемых вами капиталистов-промышленников, которые пришли к кровожадному банкиру за кредитом. Для чего они берут кредит? Для чего, например, владелец обувной фабрики приходит к банкиру и просит кредит? Может быть, для того, чтобы заняться благотворительностью? Может быть, он собирается производить обувь – и дарить ее, обеспечивать всех нуждающихся – просто так, бесплатно, из гуманных соображений? Разумеется, нет. Он берет кредит – чтобы расширить свой бизнес и получать больше прибыли. Или же начать новый – и опять-таки увеличить прибыль. Или же совершить выгодную сделку – которая опять-таки принесет прибыль. Если бы он от производства и продажи обуви не получал прибыль – разве он стал бы этим заниматься? Даже если бы он и хотел этого, если бы он в самом деле был не выжигой-капиталистом, а пламенным гуманистом и мечтал лишь об одном – облагодетельствовать ближних – он бы не смог этого сделать. Потому что в этом случае он разорился бы в два счета. И его бы благополучно проглотили другие капиталисты, без сентиментов, которые понимают: раз уж ты стал капиталистом, сиречь хищником – значит, и веди себя как положено – наживайся, а не играй в гуманизм. И это относится к любому предпринимателю – к производителю хлеба, молочных продуктов, одежды, автомобилей. Собственник хлебозавода не стал бы производить хлеб – если бы ему это не приносило доход. Если бы он захотел раздавать свой хлеб даром – через пару месяцев его завод перестал бы существовать. Молокозаводчик производит молочные продукты для того, чтобы их продать и выручить за них деньги – а не с целью обеспечить население молоком. Точно также и производители одежды и автомобилей занимаются своим бизнесом совсем не из соображений гуманизма и ради благотворительности – а с целью получения прибыли. И к банкиру они пришли с этой же целью – взять кредит и благодаря этому кредиту устроить свои дела так, чтобы получать еще больше прибыли. Так что же вы возмущаетесь, что банкир, банковский капиталист – стремится к прибыли, и ради прибыли и начинает свое предприятие, создает свой банк – если так поступают все остальные капиталисты – и в том числе те, кто приходит к банкиру за кредитом? В чем вообще разница между банкиром и капиталистами, которые у него кредитуются? Банкир стремится выжать из своих банковских служащих как можно больше работы и дать как можно меньше платы за это. Но так же поступает любой капиталист, так же поступают и те предприниматели-промышленники, которые к нему приходят за кредитом. Банкир стремится максимально дорого продать свои услуги – услуги кредитования, максимально нажиться на своих клиентах – в том числе, на предпринимателях-промышленниках. Но эти самые предприниматели-промышленники точно так же поступают по отношению к своим покупателям –то есть, нас с вами. Так в чем же разница? Почему вы, господа стариковы, катасоновы и прочие, стремитесь представить промышленного капиталиста бедной овечкой в зубах волка-банкира – хотя овечка эта с клыками и когтями и на самом деле такой же волк, как и банкир? Вы говорите, что промышленный капиталист занимается полезным делом, создает для общества материальные блага, а существование банкира абсолютно паразитическое, он ничего полезного не делает, а только пьет кровь из своих жертв. Но, спрашивается тогда – почему же предприниматели идут к банкиру и берут у него кредит? Может, им очень хочется, чтобы у них выпили крови? Может, они мазохисты? Ответ таков – предприниматели идут в банк, потому что им нужно кредитование. Без кредита промышленность существовать не может. Ни организовать производство, ни расширить его без кредита практически невозможно. Услуга банкира, кредитная услуга – предпринимателю жизненно необходима. Поэтому предприниматель и идёт к банкиру. Если бы ему это было не нужно – он бы не пошёл. Если бы предпринимателям не нужны были банкиры – то банкиров вообще и не существовало бы на свете. А если услуга банкира нужна предпринимателю – естественно, что банкир эту услугу продаёт – а не дарит, не оказывает ее безвозмездно. В капитализме, как мы уже сказали, ничего безвозмездного не бывает. И естественно, что банкир пользуется своим положением обладателя денег и старается содрать со своего клиента по максимуму, назначает разбойничий ссудный процент. Это тоже понятно – так поступает любой капиталист. Закон капитала – стремление к максимальной прибыли. Вам это не нравится, вас это возмущает? Вы говорите, что промышленность, основа существования общества – должна получать кредиты без процентов? Что промышленность должно кредитовать заботливое государство, а не банкиры-живодёры? Словом, вы хотите, чтобы банки были не частными – а государственными? Ну что ж, это возможно. Но только для этого нужно поступить так, как учил ненавидимый вами Карл Маркс, – отменить частную собственность. Для того, чтобы кредитование промышленности от частных лиц перешло в руки общества, – нужно, чтобы промышленность, средства производства – из частной собственности превратились в общественную. Пока же средства производства являются частной собственностью – естественно, что и кредитование промышленности будет в частных руках – в руках банкиров. Для того, чтобы не было банковского капитала и банкиров-капиталистов, – нужно, чтобы не стало никакого капитала и никаких капиталистов. Словом – для этого требуется уничтожить капитализм, совершить пролетарскую социалистическую революцию. Сделать именно то, о чём говорил Маркс. А иначе, сами посудите, – с какой стати и на каком основании запрещать частное кредитование? Если у нас теперь всё является частной собственностью и может использоваться ради обогащения частных лиц – заводы, фабрики земля, леса, водоемы, нефть, газ, транспорт – то почему финансы не могут быть частной собственностью? Если частники, капиталисты, взяли в свои руки медицину, образование, культуру, охранную деятельность (ЧОПы), военную мощь страны (ВПК), идеологию (СМИ) – то почему, собственно, им не забрать в свои руки и банковское дело? Конечно, такое пожелание можно высказать – пускай, дескать, у нас сохраняется частная собственность, пускай все будет частным – а вот банки, кредитование пускай будут государственными! Но это так и останется всего лишь наивным пожеланием. Одно из двух. Или полное упразднение частной собственности, национализация средств производства (как учил Маркс), – а значит, и национализация банков. Или, если вашему сердцу так мила частная собственность и вы непременно желаете её сохранить, – смиритесь с тем, что банковское дело тоже будет частным, что у нас будут частные банки и банкиры. *** С этим вопросом мы разобрались и выяснили, что капиталист-банкир не является каким-то монстром, а капиталист-промышленник – его безвинной жертвой, гуманистом и благодетелем общества. Что тот, что другой – одним миром мазаны, оба – капиталисты. Их суть одинакова. Также мы выяснили, что сделать, чтобы не было банковских капиталистов, – для этого нужно, чтобы не было капитализма. Теперь что касается этой байки, истрёпанной стариковыми, катасоновыми и им подобными. Что будто бы Маркс никогда ничего худого не говорил о банкирах (потому как служил им!). Так вот, господа – вы и тут, как всегда, врёте и несёте околесицу. Запомните, вы – стариковы, катасоновы, столешниковы и им подобные штатные подстилки господствующего класса – Маркс как раз-таки писал о банкирах. Маркс показал хищническую, людоедскую суть крупных банкиров. И сделал это так сильно и убедительно – как этого не сделали и не смогли бы сделать вы. Берём такую работу Маркса: «Классовая борьба во Франции с 1848 по 1850 гг.». Открываем первую главу: «Июньское Поражение 1848 г.». И уже в первых абзацах можем увидеть, как Маркс «пылал любовью» к банкирам и как он «молчал» об их проделках. Здесь он пишет о всевластии крупных банкиров (которых он ещё называет «финансовой аристократией») в правление французского короля Луи-Филлипа. Маркс описывает, как банкирами захвачены все рычаги влияния, все важные должности в государстве, как по сути банкиры и являются правящей силой государства. Господа стариковы и катасоновы! К вам обращаюсь. Читайте внимательно! «При Луи-Филиппе господствовала не французская буржуазия, а лишь одна её фракция: банкиры, биржевые и железнодорожные короли, владельцы угольных копей, железных рудников и лесов, связанная с ними часть земельных собственников – так называемая финансовая аристократия. Она сидела на троне, она диктовала в палатах законы, она раздавала государственные доходные места, начиная с министерских постов и кончая казенными табачными лавками». Дальше Маркс разоблачает банкиров ещё безжалостней и откровенней. Он описывает, как они организовали грабёж государства, как умышленно загоняют его в долговую кабалу и высасывают из него соки, подобно вампирам. Читайте, стариковы и катасоновы! Читайте – и потом не рассказывайте доверчивым дуракам, что Маркс изо всех сил прикрывал банкиров, просто горой за них стоял! «Финансовая нужда с самого начала поставила Июльскую монархию в зависимость от верхушки буржуазии, а её зависимость от верхушки буржуазии, в свою очередь, стала неисчерпаемым источником все растущей финансовой нужды… задолженность государства была в прямых интересах той фракции буржуазии, которая господствовала и законодательствовала через палаты. Государственный дефицит как раз и был предметом её спекуляции и важнейшим источником её обогащения. По истечении каждого года – новый дефицит. Через каждые четыре или пять лет – новый заём. А каждый новый заём давал финансовой аристократии новый удобный случай обирать государство, искусственно поддерживаемое на грани банкротства, – оно должно было заключать займы у банкиров на самых невыгодных условиях». Как видим – Маркс с банкирами нисколько не церемонился. Прямо и откровенно говорил, что они действуют по отношению к государству, как разбойники. Он ясно показывает – бедственное положение государства, его задолженность – прямая выгода для банкиров: «Тем, что государственный дефицит был в прямых интересах господствующей фракции буржуазии, объясняется, почему чрезвычайные государственные расходы в последние годы царствования Луи-Филиппа более чем вдвое превысили чрезвычайные государственные расходы при Наполеоне; они поглощали ежегодно около 400 миллионов франков, тогда как весь вывоз Франции в среднем редко достигал 750 миллионов франков в год». А вот что Маркс пишет о том, как банкиры обогащаются, разоряя мелкую и среднюю буржуазию: «Вообще, неустойчивое положение государственного кредита и обладание государственными тайнами давало банкирам и их сообщникам в палатах и на троне возможность вызывать внезапные, чрезвычайные колебания в курсе государственных бумаг, которые каждый раз неизбежно влекли за собой разорение множества менее крупных капиталистов и баснословно быстрое обогащение крупных биржевиков». Вот о том, что банкиры, взяв за глотку государство и высасывая его, не позволяют предпринять никаких мер, чтобы выйти из этого положения, ослабить долговую удавку на шее государства: «… малейшая финансовая реформа разбивалась о противодействие банкиров. Так, например, почтовая реформа. Ротшильд запротестовал. Разве смело государство сокращать те источники дохода, из которых должны были уплачиваться проценты по его все растущему долгу?» И наконец – итоговая характеристика деятельности банкиров, так сказать, резюме. Здесь Маркс отвёл душу, со всей полнотой показал своё отношение к банкирам. Отношение это – презрение и омерзение. Это совершенно очевидно. Читайте и убеждайтесь: «Так как финансовая аристократия издавала законы, управляла государством, распоряжалась всей организованной общественной властью, самим фактом своего господства и посредством печати подчиняла себе общественное мнение, то во всех сферах, начиная от королевского двора и кончая café borgne [притонами низшего разряда], царили та же проституция, тот же бесстыдный обман, та же страсть к обогащению не путём производства, а путём ловкого прикарманивания уже имеющегося чужого богатства. Именно в верхах буржуазного общества нездоровые и порочные вожделения проявились в той необузданной – на каждом шагу приходящей в столкновение даже с буржуазными законами – форме, в которой порожденное спекуляцией богатство ищет себе удовлетворения сообразно своей природе, так что наслаждение становится распутством, а деньги, грязь и кровь сливаются в один поток. Финансовая аристократия как по способу своего обогащения, так и по характеру своих наслаждений есть не что иное, как возрождение люмпен-пролетариата на верхах буржуазного общества». Кажется, вполне ясно? Прибавить нечего. В более омерзительном виде показать банкиров невозможно, более бичующую, презрительную характеристику нельзя дать, чем это сделал Маркс в вышеприведенном отрывке. Вообще говоря – стариковых, катасоновых, столешников и им подобных надо бы заставить прочитать эти строки и потом взять за шкирку, как нагадивших щенков, и тыкать носом в их пачкотню, приговаривая: «Не клевещите, мерзавцы! Не клевещите!» И это, конечно же, произойдёт. Придёт время, когда рабочий класс возьмёт за шкирку буржуазных лакеев и заставит их ответить за их подлость и бесстыдство. Они, правда, надеются, что этого не будет, куражатся и всячески демонстрируют уверенность в незыблемости существующего строя. Но ведь точно так же куражились правящие классы и до октября семнадцатого года. Как оправдала себя их самоуверенность – нам известно.