Он говорил, что любит многих женщин

И что не может ей принадлежать,
Что он свободен, слишком переменчив,
Не стоит ждать его и ревновать.
Она смотрела вдаль, не отвечала,
Лишь сигаретный дым клубил в окно,
И улыбалась, словно вспоминала,
Что где-то это видела в кино.
А он сказал: "Ты нравишься мне, детка!
Давай побудем вместе пару дней.
Ты, правда, не блондинка, а брюнетка,
И я люблю - немного похудей..."
Вздохнула, затушила сигарету,
К нему прижалась, нежно обняла,
В глаза взглянула, привыкая к цвету,
Добавив поцелуями тепла.
Он понял, что она не возражает:
"Наверно, много знала ты мужчин? -
Добавил, - Как твой запах возбуждает!
И гибкая ты, словно пластилин".
И, уходя, сказал: "Все было мило!
Пусть это будет только тэт-а-тэт!"
Предупредил, чтоб только не звонила:
"Я сам перезвоню тебе! Привет!"
Она кивнула и рукой смахнула
Пылинки незаметные с плеча,
Опять ему в глаза на миг взглянула,
И дверь закрыла с помощью ключа.
Он ей послал с десяток сообщений,
Она молчала день, и два, и три.
Он знал уже количество ступеней
В подъезде от крыльца и до двери.
Он дозвонился ей спустя неделю,
Спросил, срывая голос: "Где была?
Я в оправданья женские не верю!
Так как ты развлекалась без меня?"
Она не отвечая, отключилась,
Он приезжал, стучал и вновь звонил...
И как-то дверь в ночи ее открылась,
Где, как щенок, он жалобно скулил...
Она его на кухню пригласила,
И предложила: "Кофе или чай?"
А он сказал: "Ты сердце мне разбила!
Прошу, меня ты больше не бросай!"
Вздохнула: "Не ходи без приглашенья!"
А он ответил: "Будь моей женой!"
Она сказала: "Это заблужденье,
Люблю свободу, хорошо одной..."
Он закурил дрожащими руками,
И холодом сковало все внутри,
И скулы заходили желваками,
И в сердце будто вставили штыри.
Сказала: "Жизнь менять не собираюсь.
Что ничего тебе я не должна,
И, что на шею, вроде, не бросаюсь,
И, что привыкла быть уже одна..."
А он молчал... А что он мог ответить?
Ему никто отпора не давал!
Еще такую женщину - не встретить,
Которая сразила наповал...