ComDig | Urban Exploration

Снегопад не прекращался, но дорогу к месту расчистили. Это была удача, ведь заброшенный храм стоял прямо у обочины. Не пришлось, как в прошлый раз, пробиваться через глубокие сугробы. В одной галерее несколько фотографий — не забудьте листать их. С первого взгляда здание не похоже на храм. Скорее, на складской комплекс или административное здание. Внутри — большой зал, разделенный на комнаты с обычными деревянными дверями. На них — таблички «Посторонним вход воспрещён» и «Не курить». От церковного прошлого не осталось почти ничего: ни фресок, ни утвари. Стены осыпаются от времени и сырости. Мы начали осмотр, фиксируя детали. Некоторые находки выглядели необычно. Например, несколько противогазов, разбросанных по полу. Возникает закономерный вопрос: откуда они здесь и зачем? Но у каждой подобной детали в таких местах обычно находится своё логическое объяснение. Здесь раньше стояла деревянная Казанская церковь. Но в начале 1900-х годов местная община задумала масштабную стройку и возв

В Припяти, Чернобыльской зоне, каждый шаг, это встреча с историей. Знаковые символы города-призрака известны, наверное, всем. Застывшее колесо обозрения, гостиница «Полесье», стела на въезде. Эти места стали главными и самыми узнаваемыми локациями тысяч репортажей и фотографий из Чернобыльской зоны. Но за ними, прячется другая Припять. Город, который можно увидеть, только замедлив шаг и отойдя от стандартных маршрутов. Есть здесь одно место, о котором редко говорят гиды и не пишут в путеводителях. Оно не бросается в глаза, не поражает масштабом, но, возможно, именно в нем хранится самый тихий и пронзительный отзвук той жизни, которая здесь когда-то кипела. Так вот. Сразу после КПП на въезде в Припять, у первого микрорайона, стоит интересная конструкция: монумент «Дружбы народов». Красивое стальное «дерево» со всеми гербами бывших союзных республик сейчас скрыто за разросшимися деревьями, и с дороги его не разглядеть. Главная особенность, что за 40 лет монумент совсем не изменился: н

Взлетная полоса давно поросла травой. Кругом тишина, которую изредка нарушает только скрежет старого металла где-то вдалеке. Сложно поверить, что целый аэродром и летное училище можно просто взять и забросить. Но здесь действительно забросили всё. Здания, ангары и даже то, что было внутри. В одной галерее несколько фотографий — не забудьте листать их. Когда-то здесь учили летать. Но в один момент всё закончилось. Училище расформировали, аэродром закрыли, и жизнь отсюда просто ушла. В учебных классах на столах так и лежат приборы, на стенах висят потертые плакаты с диаграммами и схемами. Кажется, вот-вот вернется преподаватель, и занятия продолжатся. Но занятия здесь уже не начнутся никогда. Это видно по каждому снимку. То, что не забрало время, растаскивают люди. Мародеры уже побывали здесь. Выбитые стёкла, взломанные двери, пустые стеллажи там, где ещё недавно что-то стояло. Каждый новый визит оставляет после себя ещё больше следов вандализма. И совсем скоро от всей этой истори

С крыши цеха было видно, как гигантский завод исчезал на глазах, сжимался с каждым часом. Его методично, круглосуточно, пожирали. Внизу гудели экскаваторы, их ковши вгрызались в кирпич и бетон заводских цехов. По аллеям, где когда-то, наверное, шли на смену тысячи людей, теперь волокли скрежещущий лом, сгружали его с лязгом в кузова «Камазов». Новая жизнь завода... Я не знаю, какой была старая жизнь. Не слышал гула станков, не видел этих цехов в работе. Только кадры кинохроники и старые фотографии. Достижения, рекорды, строгие лица у токарных станков. А были ли они счастливы, те люди? Судя по отрывочным воспоминаниям в сети, ответа нет. Благо ли, что все это кончилось? Для меня это не было ни благом, ни трагедией. Я был просто свидетелем, пришедшим встретить последние сумерки и сделать на память несколько кадров уходящей истории. Потом здесь будут дома, детские сады, асфальтированные дорожки. Снимки-то сделаны в августе 2017-го, и все это уже давно есть. Люди купят квартиры с чистовой

Метель начиналась ещё по дороге. К моменту, когда мы нашли нужный поворот, снегопад превратился в плотную белую стену, а ветер проверял на прочность решимость любого, кто сюда забредёт. Дороги не было, лишь только намёк на направление, который приходилось угадывать. Целью был старый храм в Пензенской области, о котором мы знали лишь по скудным описаниям и фотографиям в интернете. В одной галерее несколько фотографий — не забудьте листать их. Село Студёнка появилось на картах в первой половине XVIII века благодаря майору А.Т. Висленеву и нескольким другим помещикам. Когда-то это было крупное поселение и к концу XIX века здесь насчитывалось 227 дворов, работали винокуренный завод, паровая мельница, имелись своя школа и храм. Сегодня от того оживленного села осталась лишь небольшая деревушка, где живут всего несколько семей. Каменная церковь во имя Николая Чудотворца, которую мы нашли, стала частью этой истории в 1908 году. Она сменила старую деревянную Петропавловскую церковь, выстро

Здание бывшей автобазы Академии наук СССР на улице Вавилова сейчас обнесено забором. Оно давно не используется по назначению, и в ближайшее время его планируют снести. Перед тем, как это произойдёт, мы заглянули внутрь и сделали последние кадры. Но сначала — немного истории, собранной из открытых источников. Автобаза Академии наук СССР. Фото из открытых источников. В мае 1941 года на Свалочном шоссе, известном сегодня как часть улицы Вавилова, появилось необычное здание. Это была новая автобаза Академии Наук. С первого взгляда оно выделялось на фоне типовых построек своего времени. Архитектор Павел Моргунов выбрал для проекта стиль ар-деко, с его характерными геометричными линиями и монументальностью. В создании здания участвовал и инженер Юрий Фельзер, опытный специалист по новым материалам. Незадолго до этого он построил гараж Наркомпочтеля, один из первых в стране объектов из железобетона. Его практический опыт, вероятно, помог воплотить сложный архитектурный замысел. Стройка была

Завод ЗИЛ когда-то был городом в городе. Его территория была огромной — со своими улицами, цехами и тысячами работников. Но в 2016 году завод окончательно остановился. И начался долгий, почти десятилетний процесс его демонтажа. Сначала с территории вывезли всё самое ценное. Цветной металл, черный металлолом. В общем то, что можно было быстро и выгодно продать. Потом очередь дошла до техники. Но не всё удалось спасти. Картина тогда была странной и немного грустной. Бытовая техника из административных зданий, старые приборы, а кое-где и станки, всё это не всегда аккуратно разбирали. Часто они просто оставались на своем месте, когда на стройплощадку заходила тяжелая техника. Под гусеницами бульдозеров бесследно исчезали вещи, которые еще вчера казались важными и нужными. Стены цехов, видевшие расцвет советской промышленности, ложились грудами бетона и кирпича. Территория гиганта очищалась, чтобы дать жизнь новым домам, офисам, паркам. В этой статье предлагаю посмотреть очередную серию ар

Споры о том, почему закрылся ЗИЛ, не утихают до сих пор. В разговорах часто звучит мысль о том, что завод могли развалить намеренно, что при ином раскладе он бы и сегодня выпускал машины. Многие ищут конкретного виновника, того, кто принял роковое решение. Вопрос «кто виноват?» кажется самым важным. Попробуем разобраться в этой истории, не углубляясь в сложные экономические теории, а просто проследив за цепочкой событий. Ответ, скорее всего, лежит не в чьём-то злом умысле, а в общей логике, которая сложилась к началу двухтысячных. Завод имени Лихачёва, известный каждому как ЗИЛ, десятилетиями был флагманом советского машиностроения, но к началу 2000-х его история подошла к тихому, но закономерному финалу. В одной галерее несколько фотографий — не забудьте листать их. Почему завод закрыли на самом деле? Главной причиной закрытия стала простая экономика. Завод перестал быть прибыльным. Конкуренция на рынке грузовых автомобилей изменилась: на смену проверенным, но морально устаревшим мо

Десятки цехов, административные корпуса, собственная железнодорожная ветка. Когда-то здесь кипела жизнь завода ЗИЛ, где с конвейеров сходили не только знаменитые грузовики, но и первые советские холодильники. Теперь на эту территорию приходят другим путем, не через проходную, а просто свернув с улицы. От завода в настоящий момент почти ничего не осталось. Широкие заводские аллеи стали городскими улицами, на месте цехов возвышаются новостройки. Кажется, что этого промышленного сердца Москвы здесь и не было вовсе. Но его наследие еще колесит по стране. До сих пор в коммунальных службах можно встретить легендарные ЗИЛ-131. Эти всеми узнаваемые зеленые грузовики исправно работают, например, в водоканале, будто игнорируя тот факт, что завод-родитель давно исчез. В одной галерее несколько фотографий — не забудьте листать их. Новая подборка архивных снимков в этой статье показывает следующую страницу истории завода, которая раньше оставалась за кадром. Фотографии сделаны в последние месяцы п