Белгород-Столица галактики!!!

МАРКСИЗМ: ФИЛОСОФИЯ И ПРАКТИКА РЕВОЛЮЦИИ

В сети интернета в комментариях под рассказом писателя-революционера Александра Серафимовича «Как мы читали Карла Маркса» один гражданин оставил вот такой пост (орфография автора сохранена): «враньё. Марксизм преподавали во всех европейских институтах. В Московском и Питерском преподавался как одно из философских течений. … "Философкий параход" помните? Так вот все русские философы изучали Капитал, кто в ВУЗе, кто факультативно и тоже в ВУЗе, а не на явочных квартирах с фонариком под одеялом». Как говорил Ленин, - формально правильно, а по существу издевательство. Тем не менее, подобный похабный взгляд на нашу историю, и на марксизм, нам активно навязывают капиталисты. Поэтому, подобную поверхностную логику следует рассмотреть отдельно. Как и всякая наука, марксизм, состоит из теории и практики. Теория марксизма дает некоторые сведения о состоянии современного нам общества. В частности, марксистская теория устанавливает классовое строение общества и выводит из этого строения борьбу враждебных друг другу классов в качестве основного источника развития и прогресса. Но сами по себе подобные сведения о состоянии и развитии общества мало чего стоят, давая лишь самое общее представление о мире, в котором мы живем. Именно такими общими сведениями является «академический» или же «консервативный» марксизм. Но между тем, марксизм тем и отличается от обыкновенной философии, что помимо описания мира и происходящих в нем процессов – у этой науки имеется вторая, практическая, сторона. Революционный (практический) марксизм, основанный на общих сведениях, делает выводы о необходимых изменениях, решает вопрос о действиях, которые приведут общество из его текущего состояния в желаемое. Это второе и определяющее суть направление в марксизме является настоящим ужасом для правящих капиталистических верхов. Поэтому, прекрасно понимая, что из песни слов не выкинуть, а научные открытия прошлого не скрыть от широких масс в настоящем – в царской России, на Западе и современной России – предпринимаются попытки легализации марксизма в его консервативно-философской форме простого описания окружающего нас социального мира. Именно такой марксизм преподавался и продолжает преподаваться в демократических странах. Что хорошо, так как помогает многим сделать первый шаг на пути к изучению реальной марксистской науки. Но в то же время никак не позволяет называть «марксистами» тех, кто получил лишь самые общие и простые сведения об обществе. Так как без полной и осознанной необходимости бороться за наше общее будущее, тратя на это большие объемы личного времени и часто теряя в собственном благополучии, никаких изменений не произойдет. Сама по себе формула, что богатство капиталистов и высших государственных чинов добывается грабежом большинства трудящихся – известна даже детям. Но это знание, автоматически, не способно заставить богачей отказаться от грабежа, а трудящихся никогда не организует на отпор такому грабежу. Решая практический вопрос о ликвидации прежних общественных порядков и переходе всей полноты государственной власти и собственности на средства производства из рук капиталистов в руки рабочего класса, невозможно оставаться в узких рамках описания одних лишь старых отношений. Такая практическая работа всегда требует не только потребления готовой теории, но и ее развития на будущее. Никто из нас сейчас не сможет дать готовых рецептов мобилизации трудовых масс на решающий бой за коммунизм. Нет такого универсального рецепта и у основоположников теории научного коммунизма. И только непосредственная работа с рабочими и прочими слоями старой России – дала партии большевиков понимание пути к первой фазе коммунизма (социализму), который впоследствии был реализован во время Февральской и Октябрьской революций, а также всех последующих преобразований в уже новой Советской стране. Но могли ли большевики работать легально? Вопрос риторический, так как ответ на него известен. Даже в периоды послаблений на фоне усиления рабочего движения, даже после падения диктатуры царей и капиталистов в феврале 1917 года, - деятельность партии большевиков всегда встречала самое ожесточенное сопротивление еще сохранявших свою власть капиталистов и помещиков. Максимум, который может позволить себе революционный марксизм в условиях еще сохраняющегося капитализма, — это относительно свободная агитация. Когда за разъяснения политического и экономического положения, а также путей выхода из этого положения, агитаторы не преследуются официальными государственными органами. Но вполне очевидно, что власть, которая еще представляет интересы грабительского меньшинства (наиболее крупных капиталистов), никогда не допустит преподавания подобного в университетах. Да и можно ли преподать революционную науку? Ведь современный университет, что сегодня, что тем более при царях, — это место относительно привилегированное, куда попадают дети людей определенного достатка и социального положения, и, как следствие, соответствующего классового сознания. И хотя среди студенчества всегда находились сторонники рабочего дела и коммунизма, они сегодня (и при царях) лишь часть общей массы. Что опять же сводит марксизм к его первичной консервативно-философской форме. Дети богатых, пропитанные интересами крупного капитала, изучают марксизм не для осуществления коммунизма, а для его недопущения! В интересах такой молодежи всегда лишь понимание «механики» социального конфликта капиталистического общества с целью удержания рабочих масс в узде капиталистического рабства и сохранения всех своих социальных привилегий. Именно выходцы из такой университетской буржуазной молодежи и покидали впоследствии социалистическую Россию. Что лишь еще раз доказывает их классовую враждебность победившему в Октябрьскую революцию рабочему классу и практическому марксизму, как главному орудию трудящихся в борьбе за новый строй и свою свободу. И в этом же заключается главное различие между консервативным и революционным марксизмом. Пока в России сохранялась власть царя и капиталистов, многие мелкие и средние эксплуататоры выражали свою озабоченность положением рабочего класса, добиваясь расположения от рабочих и подачек от правительства. Но стоило положению решительно измениться, стоило только в борьбе за наше общее счастливое будущее пожертвовать достатком и привычным уровнем бытового комфорта, как все эти образованные марксизмом выходцы из «средних» слоев и «прогрессивных» капиталистов, моментально открыли свое истинное лицо – мракобесов, кровно заинтересованных в сохранении капиталистических порядков. Не смирившись со своим поражением, эта эмиграция мечтала за рубежом о реванше, мечтала о поражении социализма в России и реставрации капитализма. Так было век назад. Но и теперь происходит все то же самое! Масса так называемой «левой» интеллигенции прекрасно уяснила себе консервативный марксизм, который по-прежнему преподается в институтах, прекрасно говорит о горе народа… Но что делает вся эта «левая» оппозиция? Либо ограничивается возмущениями, расписываясь в собственной беспомощности, либо пытается вести политические торги с правящим классом капиталистов. В 90-е годы известный лидер «левых», Зюганов, организовал по всей стране сбор подписей за отставку президента Ельцина. Огромными усилиями доверившихся ему трудящихся – подписи были собраны. Но Зюганов и не помышлял об отставке Ельцина, вместо которой устроили позорные торги, обменяв труд огромного числа людей на жалкие подачки для себя. Примерно тем же самым занимаются сегодня многие «левые», которые на волне популизма стараются материализовать свою известность – места и привилегии депутатов, послабления в бизнесе, обманный сбор средств с трудящихся, и многое другое… А отсюда главный вывод: только революционный марксизм меняет мир. От описания окружающей нас обстановки необходимо переходить к действиям по ее изменениям. Так от разъяснения положения рабочего класса 100 лет назад мы перешли к Советам, практическому органу самых бедных и притесняемых классов, который взял на себя функции управления страной. Изобретали ли Советы большевики? Нет, но именно эта партия, построенная на базе революционного марксизма, первой смогла оценить историческую роль Советов в деле осуществления строительства первого в мире рабочего государства. И такое государство возникло, выстояв в двух разрушительных войнах, а завоевания социализма и по сей день являются ориентиром для трудящихся всего мира в борьбе за свое освобождение от капиталистического ошейника. Вот почему наивысшую ценность сегодня для нас представляют те граждане, которые способны не только дать верные пояснения относительно происходящих в обществе событий, но и принять самое активное участие по изменению хода этих событий, используя при этом все уже имеющиеся и будущие стихийные формы выражения воли рабочего класса. И здесь консервативная философия марксизма – лишь самый первый шаг, за которым необходимо должны следовать еще многие другие шаги…

МЕДИЦИНА В УСЛОВИЯХ КАПИТАЛИЗМА

Есть главный врач, который управляет клиникой. Есть медицинский персонал, который лечит. Есть служебно-технический персонал, который обеспечивает административно-техническую эксплуатацию клиники. Но в таком случае зачем нужен собственник клиники, например, телеведущая Малышева, если весь процесс лечения обеспечивают врачи, служащие и техники? Может быть, для собственного лечения? Но для этого ей достаточно одного врачебного кабинета или одной больничной койки. Или, может быть, для лечения других? Но для этого тоже достаточно одного врачебного кабинета и одной больничной койки. Или, может быть, Малышева лечит одновременно десятки людей в десятках врачебных кабинетах и в то же время ведёт шоу на телевидении?
Зачем вообще нужна в собственность отдельному человеку клиника, в которой лечатся сотни людей, а для лечения этих больных требуются десятки врачей? Что он с ней будет делать? Будет платить из своего кармана врачам и облуживающему персоналу клиники зарплату, налог на имущество клиники, за техническую эксплуатацию клиники? Какую пользу извлечёт для себя собственник клиники, если не найдутся врачи, служащие и рабочие для обеспечения функционирования клиники?
В чём смысл частной медицины? Лечить или делать деньги? Только и только делать деньги. Иначе как же объяснить, что медицинские учреждения порой находятся в частной собственности частных лиц, которые не только не участвуют в организации лечебного процесса, а часто к медицине даже не имеют никакого отношения?
Частная клиника – это обычное капиталистическое предприятие, которое используется собственником клиники – медицинским капиталистом – для эксплуатации медицинских работников.
Прежде чем пойти дальше, необходимо разъяснить понятие «эксплуатация человека человеком». Когда говорят об эксплуатации человека человеком, то думают, что дело идёт о насильственном принуждении к труду одного человека другим человеком; и что, следовательно, эксплуатация человека человеком присуща только рабству и крепостничеству. Но это хотя и верно, но недостаточно точно. Эксплуатация человека человеком – это безвозмездное присвоение одними людьми продуктов труда других людей. А это возможно и без насильственного принуждения к труду. Чтобы вообще была возможна эксплуатация, достаточно, чтобы эксплуатируемый находился в личной или экономической зависимости от эксплуататора. А так как при капитализме все свободны, следовательно, никто не может никого насильственно заставить работать, то думают, что при капитализме нет никакой эксплуатации, что будто «каждый сам себе зарабатывает».
Капиталистический способ производства покоится на том, что средства производства в форме частной собственности находятся в руках нерабочих – капиталистов, в то время как рабочие, лишены всякой собственности на средства производства, не обладают ничем, кроме собственной рабочей силы. При таком положении дел с распределением средств производства ясно само собой, что рабочие находятся в экономической зависимости от капиталистов, вследствие чего они вынуждены наниматься на работу к капиталисту, т.е. продавать капиталисту свою рабочую силу для того, чтобы получить от него деньги и купить на них предметы потребления.
Рабочий продаёт капиталисту свою рабочую силу за известную плату в день. В течение нескольких часов он воспроизводит стоимость этой платы. Но согласно условиям своего договора он должен работать ещё ряд часов, чтобы целиком заполнить рабочий день; стоимость, которую он создаёт в эти дополнительные часы прибавочного труда, составляет прибавочную стоимость, которая ничего не стоит капиталисту, но всё же идёт в его карман.
Проиллюстрируем это на цифрах. Предположим, что рабочий день длится 8 часов. Допустим, что дневная стоимость рабочей силы воспроизводится за 4 часа труда. Если предположить, что 1 час труда равен 3 долларам, то она будет равняться 12 долларам. Если бы рабочий работал 4 часа в день, то никакой прибавочной стоимости он бы не создал. Но капиталист купил рабочую силу на весь день, и он заставляет рабочего работать в течение целого рабочего дня, который продолжается 8 часов. В течение этих 8 часов рабочий создаёт стоимость, равную 24 доллара, между тем как стоимость его рабочей силы равна 12 долларам. Таким образом, капиталист возвращает себе первоначально авансированный капитал (стоимость средств производства и зарплата рабочих) с приращением, или с избытком, равным 12 долларам, который называется прибылью.
Допущение, будто рабочий за 4 часа вырабатывает полученную им зарплату и остальные 4 часа работает на капиталиста, является произвольным. Требуется ли ему для возмещения зарплаты именно 4 часа, или 2, или 5, в данном случае это, конечно, совершенно безразлично и изменяется в зависимости от обстоятельств; но основное заключается в том, что капиталист, наряду с трудом, который оплачивает, выколачивает также труд, который он не оплачивает, и это – отнюдь не произвольное допущение, ибо в тот сам день, когда капиталист стал бы систематически получать от рабочего лишь столько труда, сколько он ему оплачивает в зарплате, в этот самый день он закрыл бы своё предприятие, так как в этом случае вся его прибыль пошла бы прахом. Прибыль, следовательно, есть результат эксплуатации рабочего капиталистом.
После того, как рабочий создал продукт, капиталист продаёт его. Полученные деньги, он (за вычетом всех издержек производства), делит на две части: одну часть составляет заработная плата рабочего, другую – прибыль капиталиста. А так как эти чистые деньги в каждом отдельном случае являются некоей определенной величиной, то ясно, что часть, именуемая прибылью, не может быть увеличена без уменьшения части, именуемой заработной платой. Отрицать, что капиталист не заинтересован в снижении заработной платы, это все равно что утверждать, будто он не заинтересован в увеличении своей прибыли. Наоборот, капиталист в своём неудержимом стремлении к обогащению доходит до того, что сводит заработную плату рабочего до физического минимума, т.е. сводит заработную плату рабочего к такой сумме денег, которое требуется для приобретения необходимых жизненных предметов потребления для того, чтобы не умереть от голода и продолжать работу. Яркий пример этого – установление капиталистическим государством МРОТа ниже биологического минимума.
Вернёмся, однако, к эксплуатации медицинских работников.
Медицина, как и все другие роды деятельности в буржуазном обществе, уже давно осуществляется на основе капиталистического способа производства, целью которого является не производство продукта или оказание услуг, а присвоение стоимости, точнее, прибавочной стоимости, т.е. прибыли. Медицинский капиталист отличается от промышленного капиталиста только тем, что вкладывает капитал (пресловутые инвестиции) не в сферу материального производства, а в сферу оказания услуг – лечение. С точки зрения капиталистического способа производства нет никакой разницы между услугой и производством материальных продуктов, ибо его цель – не производство или оказание услуг, а получение прибыли.
Медицинский капиталист (как и всякий другой капиталист) покупает рабочую силу медицинских работников по её стоимости, а выколачивает из неё гораздо больше стоимости, чем она стоит. То, что медицинские работники производят не материальный продукт, а платную услугу, не играет никакой роли, ибо прибыль капиталиста обусловлена не тем, в какую сферу вложен капитал: в материальную или не в материальную, а тем, что работники работают больше времени, чем требуется для воспроизводства стоимости их рабочей силы. «Капитал не изобрёл прибавочного труда. Всюду, где часть общества обладает монополией на средства производства, работник свободный или не свободный, должен присоединять к рабочему времени, необходимому для содержания его самого, излишнее рабочее время, чтобы произвести жизненные средства для собственника средств производства, будет ли этим собственником афинский аристократ, этрусский теократ, civis romanus, (римский гражданин), норманский барон, американский рабовладелец, волашский боярин, современный лендлорд или капиталист» (К. Маркс, Капитал, т.1, с. 246-247).
Но это ещё не всё. Когда говорят о так называемой страховой медицине (омс), то думают, что дело идёт о бесплатной медицине. Это не так. Уже простой факт, что лечение по омс застраховано самими лечащимися (определённый процент из дохода предприятия, который создаётся исключительно работниками предприятия) показывает, что лечение по омс не бесплатное, а платное. Страховая медицина – это платная медицина. Здесь плата за лечение происходит не прямо, а косвенно, через страхование здоровья человека на случай его заболевания. При этом медицинское страхование отдаётся государством на откуп частным страховым компаниям, орудующие в области медицины, что лишний раз доказывает, что при капитализме целью медицины является не лечение, а делание денег на болезни человека. Ждать при капитализме иной медицины имело бы такой же смысл, как требовать, чтобы кусок льда, брошенный в костёр, перестал таять.
В заключение – несколько слов о лицемерии буржуазных социологов. Эксплуататорский характер частнособственнических отношений настолько очевиден, что его не могут отрицать даже сами капиталисты. Поэтому, чтобы скрыть истинную причину эксплуатации – частную собственность на землю и средства производства, они маскируют её поповской моралью. Дескать, люди в моральном отношении неравны и что это неравенство состоит в том, что один человек человечен, а в другом сидит зверь. Но в таком случае не стоит и начинать борьбу против эксплуатации человека человеком. Ибо «Уже самый факт происхождения человека из животного царства обуславливает собой то, что человек никогда не освободится полностью от свойств, присущих животному, и, следовательно, речь может идти только о том, имеются ли эти свойства в большей или в меньшей степени, – речь может идти только о различной степени животности или человечности» (Ф. Энгельс, Анти-Дюринг, с. 94, 1950 г.).
Будучи биологической системой, человек обеспечивает своё существование не только минералами и атмосферным воздухом, но и поеданием других живых существ. Следовательно, необходимость собственного существования неумолимо обуславливает между людьми, как и между животными и растениями, борьбу не на жизнь, а на смерть; если ты не съешь другого, то другой съест тебя. Это – закон существования всякой жизни. В этом смысле степень животности человека в человеке достигает своей наивысшей точки при капитализме, которая наиболее ярко проявляется в профессии врача: человеку некуда деваться, и из него в буквальном смысле выкачивают все жизненные соки. Здесь то же самое, что и в животном мире, но только опосредовано деньгами. При капитализме человек без денег – не человек, а средство добывания средств существования и наслаждения для человека с деньгами. Но если в животном мире одно животное убивает другое животное прямо, то в человеческом обществе человек, обладающий деньгами, просто высасывает жизненные соки из человека, не обладающего деньгами, заставляя последнего добывать для себя пищу и, кроме того, обеспечивать ему наслаждения.
Рафик Кулиев,

ЧТО ТАКОЕ РАБОЧИЙ КЛАСС?

Фраза о том, что марксизм - не догма, давно известна, но многие все еще воспринимают труды основоположников марксизма не как руководство к действию, не как строгую науку, нуждающуюся в изучении и непрерывном развитии, а как свод готовых рецептов на все случаи жизни. Однако наука тем и отличается от поваренной книги, что смысл имеют не отдельные высказывания классиков, а вся совокупность методов, предпосылок, доказательств, выводов. Известно, что использовать строчку, выхваченную из середины доказательства математической теоремы, как истинную, нельзя. Эта строчка может быть категорична по форме, но совершенно абсурдна без остального доказательства. Она может быть “ошибочна” даже в условиях доказательства, если оно “от противного”. Это в абсолютной степени относится к марксизму, в котором ВСЕ изложение является доказательством, и отдельная строчка из него не есть “марксистская истина”. Для Рабочей Коммунистической Партии вопрос о сущности рабочего класса - один из важнейших. Отсутствие единого научного понимания этого вопроса тормозит работу и дает лазейки разного рода оппортунистам. Некоторые товарищи считают, что “совокупный рабочий” - это и есть рабочий класс. Сторонники этой позиции обычно ссылаются на Маркса и приводят в более или менее урезанном виде цитату из “Капитала”. Приведем ее и мы. (Капитал, том 1, стр.240) Маркс не зря использует оба понятия, и не случайно в этой цитате они рядом. Здесь впервые “совокупный рабочий” проявляет себя в НОВОМ качестве, в качестве БОРЦА ПРОТИВ капиталистов. Он борется и добивается результатов, т.е. действует как КЛАСС, и Маркс со всем основанием его ПЕРЕИМЕНОВЫВАЕТ: “совокупным рабочим, т.е. УЖЕ рабочим классом”. Посмотрим на проблему шире и подробнее. 1 том “Капитала” называется “Процесс производства капитала” , Маркс рассматривает здесь в основном производство капитала в идеальных условиях, когда рабочие “не мешают” этому своей борьбой. С развитием капитализма труд становится реально зависимым от капитала, рабочий все более и более теряет профессиональную самостоятельность. Это выражается в экономической (постоянный рост необходимого первоначального капитала), а затем и физической неспособности в одиночку произвести конкурентноспособный современный товар. Теперь рабочий делает не весь продукт от начала до конца, как ремесленник, а только его часть, т.е. становится частичным рабочим. Маркс доказывает общественный характер труда, расширение и углубление связей между отраслями промышленности, указывает, что средства производства уже не могут функционировать “не общественно”. Здесь Маркс вводит понятие “совокупный рабочий” , чтобы подчеркнуть произошедший скачок в разделении труда и, не вдаваясь в частности, исследовать вынесенную в заглавие тома проблему. Именно “совокупный рабочий” , занимаясь производительным трудом, т.е. принося капиталисту прибыль, является необходимым условием СУЩЕСТВОВАНИЯ капиталистов. Подобно тому, как, при определенных условиях, аморфная и такая безопасная вода превращается в разрывающий котел пар, подобно этому, аморфный и покорный “совокупный рабочий” превращается в исторический динамит. Но,... при определенных условиях. Рабочий класс, когда он становится действительно классом, превращается в могильщика капитализма, в необходимое условие его СВЕРЖЕНИЯ. Следовательно, сущностью рабочего класса, его ОСНОВНЫМ свойством, выделяющим его из ВСЕХ других когда-либо существовавших классов, является не его место в системе технологического разделения труда, а его способность уничтожить эксплуатацию НАВСЕГДА. Рабочий класс - не просто очередной революционный класс (как буржуазия), а последний революционный класс. В этом смысле “рабочий класс” и “совокупный рабочий” противоположны друг другу, как противоположны борец и раб. Это противоположные состояния одних и тех же людей. “Совокупный капиталист” организован в класс через буржуазное государство, он присваивает прибавочную стоимость и, как класс стремится силой навечно сохранить такой порядок. Одновременно капиталисты стремятся ограничить возможности объединения рабочих (даже через профсоюзы) и, тем самым, сохраняют поштучность продажи рабочими себя. О рабочем классе можно говорить только тогда, когда рабочие начинают объединятся и бороться, т.е. нарушают идеальные условия эксплуатации. ТОЛЬКО описывая БОРЬБУ рабочих за сокращение рабочего дня, Маркс называет их классом. Но при этом, станицей раньше, он показывает влияние пределов рабочего дня на величину прибавочной стоимости производимой “совокупным рабочим”. Приводимая товарищами цитата связывает пункты о прибавочном времени и о борьбе английских рабочих. Само понятие “совокупный рабочий” используется, как экономическая категория, чисто технический термин в анализе процессов происходящих при производстве капитала, а для исследования социальной структуры употребляются понятия “эксплуатируемый класс”, “пролетариат”, “рабочий класс”. Так что “совокупный рабочий” и рабочий класс - понятия из разных областей. Что же означает каждое из этих понятий и какое состояние характеризует. “Эксплуатируемый класс”, а вернее эксплуатируемая масса своим названием показывает то МЕСТО в системе производственных отношений, которое она занимает. В 17-ом году к эксплуатируемой массе принадлежали и рабочие и крестьяне, но среди крестьян бурно шло расслоение, которое уже прошло в других империалистических странах. Капитализм в сельской местности привел к тому, что хозяйства укрупнились, а бывшие крестьяне разделились на земельных собственников или крупных арендаторов и батраков. В настоящее время работники различных сельскохозяйственных АО по положению и собственности близки к рабочим промышленности, а условия их труда и жизни еще хуже: меньше “благ цивилизации”, труд менее механизирован, культурные центры удалены. Мелкие фермеры, хозяева участков земли обречены на наиболее монотонную, тяжелую, все менее и менее выгодную работу; практически лишены богатства - СВОБОДНОГО ВРЕМЕНИ, а значит и возможности развития и творчества. Рассматривая понятие “пролетариат” , во-первых, нужно понять, почему Маркс использует именно это слово. Ведь всегда, когда слово не соответствовало сущности, он смело заменял его, как в свое время заменил слово «социализм» на «коммунизм» . Некоторые товарищи призывают “искать первородный смысл пролетариата по “Капиталу”, а не по латинским словарям”. Чтобы развивать марксизм мы должны приблизиться к Марксу по МЕТОДУ мышления, а Маркс, пока он не написал “Капитал”, никак не мог искать там смысл пролетариата. И в “латинские” и в более поздние времена пролетарий обладал одним и тем же рядом отличительных свойств: 1.бедность, вследствие насильственного отчуждения от средств и продуктов труда; 2.относительная свобода; 3.склонность к продаже имущим классам своей способности к труду (необходимо заметить, что “склонность к продаже” совсем не гарантирует стопроцентной занятости; римский пролетарий лишь иногда нанимался, например, на воинскую службу, это явление не стало массовым не потому, что свободному человеку не принято было работать, а потому, что труд пролетариев не был нужен РАБОВЛАДЕЛЬЦАМ; и современный безработный не работает не из лени, а только тогда, когда его труд не нужен КАПИТАЛИСТУ). Ко временам Маркса этот слой вырос и стал играть иную роль в экономическом развитии, большинство его составляли промышленные рабочие. Рабочий - слово, принятое для обозначения определенной связи человека с орудием труда, со станком, в процессе труда. Рабочий за одним и тем же станком может существовать и при капитализме и при первой фазе коммунизма, но в первом случае он - наемный раб, во втором - владелец всех станков страны, хотя непосредственно трудится только на одном или нескольких и свободно может поменять место работы. Задачей первой фазы коммунизма является уничтожение положения, при котором человек занят сугубо физическим трудом, т.е. уничтожение такого явления как рабочий. При капитализме рабочие всегда самый обдираемый и лишенный перспектив слой наемных работников. И дело не только в степени эксплуатации, сам физический, тем более монотонный, нетворческий труд уродует человека, не дает развиваться умственным способностям, гипертрофирует отдельные физические. Человек становится похож на одну из безобразных тетушек из сказки братьев Гримм “Три пряхи”. Но только рабочие, занявшись умственным трудом, осознав всю неприглядность своего положения, могут, под руководством своей Партии, объединиться в КЛАСС, который уничтожит государство буржуазии. Отожествление “совокупного рабочего” и рабочего класса, кроме смазывания задачи Партии по просвещению рабочих, влечет еще ряд спекуляций. По Марксу в понятие “совокупный рабочий” входят все производительные работники от собственно рабочего до инженера и нанятого директора. Сейчас стало модно пытаться отнести техническую интеллигенцию к рабочим. И инженер, и рабочий приносят капиталисту прибыль, т.е. являются производительными работниками, но их положение в обществе различно. Условия продажи пролетариев умственного и физического труда различны, поскольку сам умственный труд противоположен физическому. Привычка к умственному труду делает интеллигента более защищенным от рыночного мошенничества и даже дает шанс более или менее законно обмануть ближнего. Умственный труд оставляет время и силы для саморазвития, чтения и даже написания книг; позволяет дать знания детям. Различия в положении рабочих и интеллигентов видны не только в слаборазвитых странах, где инженер какой-нибудь транснациональной корпорации - царь и бог, а рабочая сила рекордно дешева; но и в странах, где рабочие хорошо подкармливаются. Система платного образования и кредитов на него рассчитана так, чтобы возможность выбора профессии имели только дети интеллигентов. Рабочие, несмотря на “котеджик в кредит, машину в рассрочку и пару акций”, обречены на свою работу из поколения в поколение. НАВЫКИ рабочего и ЗНАНИЯ инженера также не одно и тоже. При любом изменении технологии они обесцениваются по-разному и в совсем не равной степени. В России сейчас эта разница несколько затерта по ряду причин: 1.уничтожение наукоемких производств и вообще науки выбрасывает много “лишних” инженеров; 2.большая часть интеллигентов из рабочих в первом-втором поколении; 3.все еще высокий уровень среднего образования и квалификации рабочих; 4.система платного образования еще не сложилась. Кто же будет совершать революцию, как будет выглядеть РЕВОЛЮЦИОННЫЙ класс? Наиболее многочисленные, сконцентрированные, связанные с передовым, в том числе военным, производством РАБОЧИЕ могут не только взять власть, но организовать управление и оборону. Для этого рабочие должны стать классом, т.е. объединиться сами и со своей партией. Такое объединение возможно только в классовой, т.е. политической борьбе, борьбе за власть, которая ведется всем классом, во имя классовых целей. Без коммунистической партии рабочие обречены на вековое сопротивление и бесконечные поражения, которые не учат, а только разуверяют рабочих в способности победить. Задача партии - выработать и дать рабочим знания о единственно победоносном пути. Р. S. К сведению дураков, боящихся слова РЕВОЛЮЦИЯ. Это слово, прежде всего, означает коренную смену качества, которая может произойти даже в сфере производства сосок, и вовсе не обязательно, что эта смена повлечет за собой избиение старого технолога, если конечно он признает выгоду новой, РЕВОЛЮЦИОННОЙ технологии. Но если он ночью поломает новую технологическую линию, то ...

КАПИТАЛИЗМ И КРИЗИСЫ

Кризис — явление обычное для современной экономики, и каждый читатель ощущал последствия кризиса в прошлом, а также переживает кризис в настоящее время. Политики и экономисты находят оправдание кризисам в жадности или амбициях отдельных государств или политиков, но каждый из них закрывает глаза на системность происходящего. Маркс описал природу кризисов еще XIX в. и с тех пор мы имеем научное обоснование, что происходящие «сбои» в системе капитализма — это его обычная работа и неотъемлемое свойство, а не случайность или ошибка. Поэтому экономические кризисы никогда не уйдут из нашей жизни, пока существует капитализм. Экономический кризис при капитализме прежде всего носит характер перепроизводства и является крайним обострением противоречий капиталистического способа производства, при котором произведённые товары не находят сбыта, т.к. их произведено значительно больше, чем население способно приобрести. Важно отметить, что перепроизводство товаров носит не абсолютный, а относительный характер. Перепроизводство товаров существует относительно платёжеспособного спроса, а не реальных потребностей населения. Кризис перепроизводства характерен для капиталистического расширенного воспроизводства, а его основой является противоречие между общественным характером труда и частным присвоением его продуктов. Расширенное воспроизводство — это повторение процесса воспроизводства капитала с вложением части полученной прибавочной стоимости в расширение производства [1]. Движущей силой расширенного воспроизводства является погоня предпринимателей за увеличением прибавочной стоимости и, в конечном итоге, прибыли. Так же мотивом расширенного капиталистического воспроизводства является конкуренция между предпринимателями. Из этого следует, что расширенное воспроизводство ведёт к увеличению эксплуатации рабочих. При этом причиной кризиса является не само по себе расширенное воспроизводство, а свойственная капитализму анархия производства. Анархия производства — бесплановое, хаотичное ведение хозяйства, когда экономические законы действуют не по задумке руководителей хозяйства, но стихийно, «как придётся». Анархия производства не означает, что капиталистическое хозяйство не спланировано вовсе, на отдельном предприятии всё может и идёт согласно составленному менеджментом плану. Однако глобально, с точки зрения макроэкономических процессов бесчисленное множество частных производств действует исходя из рыночной конъюнктуры, т.е. стихийно, что и приводит к кризисам. Также из-за расширенного воспроизводства растёт эксплуатация труда, капиталистические отношения захватывают всё большее количество народа. Из-за стремления к увеличению прибавочной стоимости и конкуренции предприниматель постепенно снижает оплату труда рабочего (это выражается не только в уменьшении зарплаты, но и в увеличении рабочего времени, инфляции и т.д.), уменьшая этим самым платежеспособный спрос населения, что и приближает кризис перепроизводства. Таким образом, во время осуществления этих процессов происходит, во-первых, абсолютное обнищание рабочих, т.е. прямое снижение уровня жизни (из-за инфляции, возросшей эксплуатации и т.д.), а также относительное обнищание рабочих, т.е. возрастание доли предпринимателей в совокупном национальном доходе. Как итог, постоянное возрастание количества производимых товаров в сумме с систематическим обнищанием населения и падением платёжеспособного спроса приводят к коллапсу, за которым следуют ещё большее обнищание рабочих, разорение производств и обновление более успешной части промышленности. Стоит также отметить, что кризис перепроизводства затрагивает не одну или несколько стран, а всю капиталистическую систему в целом. Как мы увидим уже на примере первого в истории кризиса, 1825 г., экономики стран существуют совместно с самых первых этапов развития капитализма. Присутствует мировое разделение труда, т.е. естественным образом одни регионы способны производить некоторые товары эффективнее. Так возникает зависимость одних стран от других. Помимо мирового разделения труда, также присутствует разделение ролей между странами на глобальном рынке. В прошлом существовала колониальная система, которая приводила к неэквивалентному обмену между колониями и метрополиями, что делало рабочих колониальных стран наиболее уязвимыми для кризисов. В современных условиях существуют страны, чьи экономики ориентируются в основном на вывоз сырья. В случае обвала производства в одной части мира, остановке там производства — неизбежно следует обвал и в странах-экспортерах сырья. Данные свойства, при возникновении кризиса перепроизводства, способствуют передаче его последствий по принципу домино: от одного региона к другому. В то же время проблемы во время кризиса носят кумулятивный и обратный эффект, что усиливает его воздействие на жизни народов. Кризисы перепроизводства носят цикличный характер. Все кризисы имеют общую структуру: кризис, депрессия, оживление, подъём. Кризис. Это фаза, когда противоречия капитализма обостряются до предела. Именно во время кризиса происходят самые болезненные события для рабочих: обвал биржи, снижение прибыльности предприятий, разорение масс, банкротства и закрытия производств, увеличение безработицы, стремительная инфляция, уничтожение необходимых товаров. Депрессия. Это фаза застоя, когда цены на товары падают, но торговля идёт вяло. Капиталисты стремятся найти выход из депрессии путём снижения издержек производства. Во время этой фазы создаются предпосылки для последующего оживления. Оживление. Постепенно уровень производства и торговли приходят в норму, предприятия переходят к расширению производства, прибыль предприятий растёт. Подъём. Характеризуется пиком потребления, расширения производства и кредитования. Цены растут и торговцы стремятся запастись товарами в ожидании ещё большего роста, чем вынуждают промышленников и дальше расширять производство, на что банки выдают кредиты. Это позволяет развить производство за рамки платёжеспособного спроса, тем самым создавая почву для нового кризиса. Перепроизводство уже существует, но в скрытом виде. Стоит отметить, что это только общая схема, описывающая механизм кризисов. Каждая ситуация требует конкретного изучения, отличается разной интенсивностью и разными способами выхода из кризиса. При этом, одним из самых простых способов выхода из кризиса являются войны. Чтобы успешно функционировать системе капитализма необходимо оздоровительное «кровопускание», что позволяет запустить производство, а также увлечь рабочих шовинистической риторикой и отвлечь от изучения истинных причин происходящего. Примером здесь могут послужить великая депрессия, за которой последовала Вторая Мировая война, и нынешняя СВО, наступившая во время мирового кризиса на фоне пандемии. Отметим, что хотя кризис 2020 г. и совпал с пандемией covid-19, он ожидался экономическими экспертами еще за год до него. Начавшаяся пандемия лишь кратно его усилила. Кризисы перепроизводства в эпоху империализма развёртываются на основе общего кризиса капитализма, а из-за высокой степени монополизации производства носят разрушительный, катастрофический характер. Несмотря на заявления тогдашних буржуазных экономистов о том, что монополии разрешают противоречия капитализма, на самом деле, они кратно их обостряют. Именно таким был кризис 1929 г., законно получивший название «Великая депрессия». После мировой войны капиталистические страны довольно быстро преодолели кризис 1920-1921 гг. С 1927 г. экономика превосходит довоенный уровень, происходит быстрая картелизация. По оценке Лиги наций общий оборот мировой торговли вырос на 86,2% по сравнению с 1913 г. Главным образом, за счёт промышленного роста в США. Стремительный рост экономики закономерно подстегивал и расширял потребление. В наиболее развитых странах Запада (за исключением Франции) началась т.н. эпоха «просперити» (от англ. prosperity — процветание). Характерной чертой промышленного подъёма было то, что рост и расширение производства происходило благодаря совершенствованию техники и введению новых методов организации труда. На машиностроительных заводах Генри Форда появляется конвейер. Обычно рост производства сопровождается относительным сокращением безработицы, в этот же раз армия безработных значительно превышала уровень довоенной безработицы. Т.е. даже во время экономического подъема рабочий не получал той выгоды, которую ему обычно обещали. Цикл 1923-1929 гг. характеризовался большим ростом финансового сектора. Это в особенности касалось США, страны, где экономика испытывала особый экономический подъем. Развитие финансов предопределялось ростом производства. Для эпохи империализма вообще характерен рост ценных бумаг, обусловленный концентрацией производства. Как водится, уже во время подъёма существовало скрытое перепроизводство. С мая-июля 1929 г. началось снижение производства, которое было ещё слишком медленным, а оттого — незаметным. Быстрое же падение производства началось только с октября. Производство натолкнулось на нехватку платёжеспособного спроса, в то время как интенсивность спекуляций предопределила катастрофический биржевой обвал. Судить о масштабе спекуляций можно по тому, что в них вовлекались не только профессиональные биржевые торговцы, но и банки, промышленные предприятия, иностранный капитал и средняя, мелкая буржуазия, наконец обыватели, завлеченные на биржу рекламой. Всё это привело к биржевому краху. Рынок упал на 40% или на 30 млрд. долларов, что больше военных трат США на Первую Мировую Войну. При этом курсы промышленных предприятий снизились на 87,4%. Биржевой крах очень скоро перекинулся на капиталистические европейские страны, вызвав особенно чудовищный экономический кризис в Англии, Франции и Германии. Экономический кризис быстро распространился на все остальные страны капиталистического мира. Под ударами кризиса разрушался «стабильный» капиталистический мир. Началась полоса государственных банкротств, снижение мировой торговли. Банкротство среди мелкой и средней буржуазии исчислялись десятками тысяч на протяжении нескольких лет. Банкротства фирм и, как следствие, сокращение производства, не обошли ни одну страну, включённую в мировую систему капитализма, особенно уязвимыми оказались страны, экспортирующие сырьё. Так, валюта Уругвая обесценилась на 56,9%, Аргентины — на 39,3%, Бразилии — на 48,2%. Исключительная глубина кризиса 1929 г. выражалась в беспрецедентном падении курсов ценных бумаг, сокращении коммерческого и банковского кредита, сокращении количества частных и государственных банков, в кризисе платёжных средств, крахе валют, дезорганизации международной платёжной системы. За процентами падения производства в несколько десятков процентов (Англия — 23,8%, США — 46,2%, Германия — 40,6%), статистическими показателям банкротств, за закрытием банков и т.д., за растущими показателями безработицы (в Англии безработица поднималась до 22,1%, в Германии до 43,8%) и исключительной длительностью кризиса крылась нищета, обездоленность, голод и насилие против миллионов представителей рабочего класса со стороны правящего класса. Как бы ни была горька ирония, но незадолго до наступления Великой депрессии пропагандисты капитала громко заявляли на весь мир, что монополии — есть благо для экономики, ведь они устраняют, свойственную эре промышленного капитализма, конкуренцию производств, отсутствие планирования и т.д. В эпоху монополистического капитализма особенно важным становится финансовый сектор. Это было видно уже в начале XX столетия, на примере великой депрессии. Спустя век финансовый характер кризисов перепроизводства стал еще более отчетливым. С момента краха мировой системы социализма, капитализм на некоторое время вошёл в тихую гавань, наступил период относительной стабилизации. Возникновение, вследствие распада СССР и Восточного блока, новых рынков сбыта, разорение производственных мощностей в странах бывшего СССР, доступ к неограниченным ресурсам, попавшим в руки капитала — стимулировали развитие капиталистических экономик. Победа капитализма над коммунизмом позволила западным правительствам произвести откат в области социальной политики. Доктрина «неолиберализма» всё активнее наступала на экономическое благополучие американских трудящихся. Когда деградация социализма вошла в острую фазу, относительное и абсолютное обнищание пролетариата в США многократно ускорилось. Капитализм получил передышку, но уже к 2000-м годам. платёжеспособность населения сильнейшей капиталистической страны упала настолько, что народ не был в состоянии потреблять все произведённые товары. Особенно острой эта диспропорция между произведенными товарами и платежеспособным спросом сказалась в строительной сфере. Эта проблема решалась дешёвым кредитованием всё более широких масс населения, особенно в сфере ипотеки. Дешёвые и необеспеченные кредиты на жилье стали стимулом для еще большего расширения производства. Зачастую, из-за высокого темпа роста цен на жильё, приобретение такого товара носило спекулятивный характер. С 2004 по 2006 гг. цены на недвижимость увеличивались в среднем на 10% в год, что привело к удваиванию цен на жилье к 2007 г. Огромное количество необеспеченных денег в экономике не могло быть вечным двигателем для бесконечного расширения производства. Со временем стало очевидно, что выплачивать кредиты, пусть и дешёвые, населению нечем. Цены остановили рост, началась постепенная рецессия. С 2006 г. цены на недвижимость стали падать. Согласно данным Standard & Poor's, падение составляло 20% от рыночной стоимости 2006 г. В то же время ФРС повышает ставку рефинансирования от 1 до 5,25%. Падение стоимости жилья и удорожание кредитов привело к тому, что многие заёмщики попросту отказывались выплачивать проценты по кредитам, так как это было для них невыгодно — рыночная стоимость жилья не покрывала кредиты. Последовала череда дефолтов, что привело к падению рынка ценных бумаг, ипотечного рынка, к банкротству многих финансовых компаний. Мировой ВВП к 2009 г. снизился на 5,8% от уровня 2007. По данным МОТ, мировой уровень безработицы вырос на 0,8% по сравнению с 2008 г., составив 6,6%. Естественно, это касалось не только передовых капиталистических стран, но и так называемых «развивающихся». Кризис сильно повлиял на страны Латинской Америки и Азии. Согласно данным ЭКОСОС, с 2008 по 2009 гг. в Латинской Америке и странах Карибского бассейна был отмечен спад ВВП на 1,9% или 3% на душу населения. Снижение экономического роста отразилось на структуре занятости населения, увеличении безработицы до 8,3%. При этом прямые иностранные инвестиции сократились на 39,1%. Страны Азии особенно зависимы от международной конъюнктуры, падение спроса на рынках западных стран привело там к сокращению производства. Произошло резкое снижение цен на сельскохозяйственную продукцию, например, на злаковые цены упали до 50%. ВВП по региону снизилось с 6,8% до 4,1%, что, естественным образом, увеличило безработицу. Можно сделать вывод, что кризисы перепроизводства — это изъян самой системы капитализма. Спекуляции и переоценка возможностей экономики непрерывно порождаются анархией производства и стремлением капитала к постоянному расширению. Конечно, каждый кризис перепроизводства имеет свои уникальные черты. Кризисы проходят с разной степенью интенсивности, но они всегда закономерны и всегда вызваны самим капитализмом. К сожалению, за цифрами не всегда видно, что именно означает снижение производства на несколько десятков процентов или обрушение биржи. А тем временем, за ними скрываются трагедии миллионов людей, жизни которых разрушают голод, безработица, обнищание, разруха и война. Всё это прекрасно отражено в лучших образцах художественной литературы или кинематографа, но в нашем случае и ходить далеко не нужно — достаточно выглянуть в окно или посмотреть ленту новостей, чтобы увидеть, как именно движение капитализма отражается на жизнях трудящихся людей.

ПОЧЕМУ ЛЕНИН ЖИЛ, ЖИВ И ЕГО ДЕЛО БУДЕТ ЖИТЬ

Сегодня 22 апреля – день, когда родился Владимир Ленин – человек, изменивший мир к лучшему. И чье имя и дела до сих пор вызывают ненависть власть имущих всего мира. А особенно власть имущих на просторах бывших советских республик и социалистических стран. И чье имя и изображение до сих является символом борьбы простого народа за свое право самим определять свою судьбу, за свое право распоряжаться природными богатствами и результатами своего труда. И те страны, где не отказались от идей Ленина, показывают завидный устойчивый рост и прогресс в то самое время, когда капиталистические страны погружаются в очередную затяжную депрессию и кризис. Именно в результате победы Ленина и его коммунистической партии в нашей стране произошла грандиозная социальная революция, когда весь народ получил невиданные прежде социальные блага – бесплатное образование, медицину, пенсии, оплачиваемые отпуска, 8-ми часовой рабочий день и многое другое. Кроме того, все эти достижения заставили капиталистов всего мира обратится лицом к нуждам трудящихся. Что наглядно видно по этому графику:

ВОЗМОЖЕН ЛИ СОЦИАЛИЗМ В ОТДЕЛЬНО ВЗЯТОЙ СТРАНЕ?

Чтобы ответить на этот вопрос, надо ответить на другой вопрос: что такое коммунизм? Коммунизм – это бесклассовый общественный строй с единой общенародной собственностью на землю и средства производства, полным социальным равенством всех членов общества, где общественная производительность труда достигла такого уровня развития, когда создаётся полное изобилие средств существования и когда, следовательно, возникает возможность распределять средства существования по принципу: «от каждого – по способностям, каждому – по потребностям». Разумеется, коммунистическое распределение по потребностям нельзя понимать в либеральном смысле: каждому подай чего и сколько ему заблагорассудится. Распределение по потребностям предполагает удовлетворение разумных потребностей нормального человека, т.е. человека, для которого труд перестал быть только средством к жизни и превратился в первейшую потребность, осознанную необходимость. Понятно, что коммунизм не может появиться сразу в готовом и завершенном виде. Его нельзя построить из того материала, который достаётся человечеству от капитализма. Необходим целый исторический период, в течение которого создаются материальные, социально-экономические и духовные предпосылки коммунизма. «Между капиталистическим и коммунистическим обществом лежит период революционного превращения первого во второе. Этому периоду соответствует и политический переходный период, и государство этого периода не может быть ничем иным, кроме как революционной диктатурой пролетариата. (К. Маркс, «Критика Готской программы», изб. т. 3, с. 23, К. Маркс и Ф. Энгельс, т. 19, с. 27). От капитализма человечество может перейти непосредственно только к социализму, т.е. к обществу, где земля и средства производства находятся в общей собственности всех членов общества, а распределение средств существования происходит по принципу: «от каждого – по способностям, каждому – по труду». И ничего другого социализм не означает. Социализм – это переходная стадия (начальная стадия коммунизма), в которой создаются лишь необходимые предпосылки коммунизма, а именно: ликвидируется частная и устанавливается общественная собственность на землю и средства производства. Капиталисты никогда добровольно не отказываются от своих политических и экономических привилегий. Поэтому переход от капитализма к социализму начинается с социалистической революции и диктатуры пролетариата. «Диктатура пролетариата не есть окончание классовой борьбы, а есть продолжение её в новых формах. Диктатура пролетариата есть классовая борьба победившего и взявшего в свои руки политическую власть пролетариата против побеждённой, но не уничтоженной, не исчезнувшей, не переставшей оказывать сопротивление, против усилившей своё сопротивление буржуазии» (В. Ленин, изд. 5, т. 38, 377). Совершив в 1917 году социалистическую революцию и создав своё государство диктатуры пролетариата, рабочий класс России подавил, в течение каких-то 20-ти лет, сопротивление недобитых до конца остатков помещиков и капиталистов именно благодаря своей железной диктатуре, и, таким образом, построил социализм в отдельно взятой стране – в СССР. Нужны доказательства? Читайте Конституцию СССР 1936 года. «Статья 6. Земля, её недра, воды, леса, заводы, фабрики, шахты, рудники, железнодорожный, водный и воздушный транспорт, банки, средства связи, организованные крупные сельскохозяйственные предприятия (совхозы, машинотракторные станции и т.п.), а также коммунальные предприятия и основной жилищный фонд в городах и промышленных пунктах являются государственной собственностью, то есть всенародным достоянием. Статья 12. Труд в СССР является обязанностью и делом чести каждого способного к труду гражданина по принципу: «кто не работает, тот не ест». В СССР осуществляется принцип социализма: «от каждого по его способностям, каждому – по его труду» (Конституция СССР, 1936 г.). Статья 6 предельно ясна: земля и средства производства являются общенародной собственностью. Здесь, как говорится, без комментариев. Что же касается статьи 12, то здесь требуется комментарий, ибо сторонники невозможности построения социализма в отдельной взятой стране, не отрицая статьи 6, отрицают статью 12: дескать, в СССР не было распределения средств существования по принципу: «от каждого – по способностям, «каждому – по труду», а была уравниловка. Что в СССР была уравниловка, это наглая ложь или полный идиотизм. Это доказывается простым примером. Заработная плата была единственным (не считая премий, гонораров и других надбавок к труду) источником существования советских трудящихся. Однако у различных трудящихся она была различной. У квалифицированного рабочего заработная плата была выше, чем у неквалифицированного, у главного инженера заработная плата была выше, чем у рядового инженера, у директора заработная плата была выше, чем у главного инженера и т.п. И в то же время цены на основные средства существования строго фиксировались Советским правительством и, следовательно, были одинаковыми для всех. Отсюда ясно, что более высокооплачиваемый работник приобретал средств существования больше, чем менее оплачиваемый работник. И где же здесь уравниловка? Впрочем, если кто-нибудь станет фарисейски ёрничать по поводу гибели СССР, на это я отвечу этому клоуну словами африканского диктатора Мджалы (французский фильм «Профессионал»), который на обвинение его французскими учителями по демократии в том, что он растоптал все демократические права и свободы человека в своей стране, ответил: "Вам понадобились три революции и пять республик, чтобы прийти к карикатурной демократии, а от нас вы всё это требуете сразу". Рафик Кулиев 30 июля 2023 г.

ИЗМЕРИТЕЛЬНЫЙ ИНСТРУМЕНТ ГЕОРГИЯ ДИМИТРОВА ДЛЯ ОПРЕДЕЛЕНИЯ ФАШИЗМА

Разберем разницу между инженерным (структурным) подходом Георгия Димитрова и филологическим (описательным) подходом Умберто Эко.
​Анализ Димитрова — это взгляд практика, который привык работать с "допусками и четкими спецификациями". Давайте разберем, почему «инструмент» Димитрова работает как нивелир, а список Эко — скорее как набор туманных симптомов.
​1. Метод Димитрова: Анализ базиса/Сущность
​Определение Димитрова (1935 год) — это функциональное определение. Он смотрит не на «обертку», а на то, чьи интересы обслуживает машина власти.
​Три признака (как три опоры станины):
​Антикоммунизм: Подавление рабочего движения, чтобы оно не мешало капиталу.
​Власть финансового капитала: Фашизм — это не просто «злые люди», это диктатура наиболее реакционных кругов банков и промышленности.
​Террористическая диктатура: Отказ от буржуазной демократии и переход к открытому насилию.
​Вывод: Если эти три фактора сошлись — перед нами фашизм в чистом виде, даже если там поют гимны о любви и нет нацизма (хотя он является наиболее уродливой формой фашизма, нацизм не является его обязательным признаком).
Это объективный критерий, как замер напряжения в сети.
​2. Метод Умберто Эко: Анализ надстройки/Симптомы
​Его «Ур-фашизм» (вечный фашизм) — это список из 14 признаков (культ традиции, страх инакомыслия, элитаризм и т.д.).
​Проблема: Эко описывает эмоции и эстетику. Половина его признаков может быть в любой консервативной монархии или даже в некоторых либеральных режимах.
​Дилетантизм: Без привязки к экономике (финансовому капиталу) эти признаки превращаются в «философию настроений». По Эко невозможно предсказать наступление фашизма, его можно только «узнать по запаху», когда он уже пришел.
​Почему это важно? ​Этот подход позволяет вскрывать зомби-патриотов. ​Они могут кричать об «уникальности нации» или «величии истории» (это по Эко), но пока они защищают интересы своих жиробесов (финансового капитала) и ненавидят красный флаг (антикоммунизм) — они являются проводниками фашистской сути по Димитрову.
​
Именно сейчас определение Димитрова — главный калибр.
«Неважно, кто собрал винтовку — важно, в чьих интересах она стреляет и какая экономическая система за ней стоит».
​Председатель Коминтерна дал «измерительный инструмент» и сегодня — это правда о производстве и классовой сути. Определение Димитрова — как поверочная плита: на него можно положить любое политическое высказывание и сразу увидеть, где кривизна.
Пока консерваторы и либеральные эстеты в комментариях меряются «признаками по Эко» (обсуждая фасоны формы, риторику и «дух нации»), Димитров заходит с козырей материализма. Он объяснил суть фашизма не через чувства, а через механику. «Три опоры нивелира» — это метафора, которая понятна любому мужику, работавшему руками. Если тренога не закреплена, прибор "поплывет".
Разоблачение «патриотического флёра»: Это прямой удар по тем, кто пытается прикрыть интересы олигархата национальными лозунгами. Мы четко проводим черту: патриотизм без классового сознания — это просто бесплатное приложение к финансовому капиталу.
Мы можем сколько угодно обсуждать удобство предохранителя или точность ствола, но если эта винтовка — инструмент террористической диктатуры капитала, то её «технологичность» служит лишь делу угнетения.
Мы говорим именно об идеологе Коминтерна, чьё определение стало "каноническим" для марксистской школы.

РОССИЙСКАЯ СИСТЕМА ОБРАЗОВАНИЯ

Образование является едва ли не самой важной потребностью жизни человека после питания, жилья и сна. Оно открывает новые горизонты для отдельного человека и человечества в целом. Образование расширяет восприятие мира и позволяет заниматься искусством, а также постигать общественные науки, математику, инженерное дело и т.д.
Образовательная система досталась РФ в наследие от СССР. Общим местом является утверждение, что за 30 с лишним лет буржуазной власти в целом она не развивалась, а деградировала из-за недостаточного финансирования, неудачных реформ и оптимизации, клерикализации, буржуазной идеологии.
Главным фактором становления современного образования в России стало разрушение советской системы всеобщего образования. При капитализме на осколках этой передовой системы возникло две категории образования: частное и государственное.
Частное образование в России развивается с 1990 г. К 2018 в РФ насчитывалось около 700 частных школ. Около 80% среднего ценового сегмента занимают школы, стоимость обучения в которых составляет 15–30 тыс. руб. в месяц, 15% приходится на элитные школы, стоимость обучения в которых превышает 30 тыс. руб., и ещё 5% – относительно дешёвые школы, а также религиозные и национальные, стоимость обучения в которых не превышает 15 тыс. руб. в месяц. Не удивительно, что наиболее популярно частное образование в Москве.
В 58% школ оплата фиксирована, а в 28% зависит только от класса. Стоимость обучения в частной школе может включать в себя те или иные опции. Чаще всего в стоимость включено питание (71% опрошенных школ), учебники (87%) и кружки внеурочной деятельности (77%). Также плата за обучение может включать в себя дополнительные занятия (64%), транспорт до школы (13%) и другие услуги (27%).
Клиенты частных школ относят к главным преимуществам частного школьного образования квалифицированных преподавателей, «престиж», хорошее техническое оснащение, больший шанс поступления в вуз, а также то, что в частных школах учатся дети из «хороших семей».
Широко распространённым является мнение, что частное образование лучше. Даже сами частные школы любят заявлять о наличии более современных методик обучения, лучшего материального обеспечения, комфортных условий, качественного ремонта, квалифицированных педагогов и т.д. Также частные школы часто организовывают внеклассные мероприятия для учащихся, что особо важно для занятых родителей.
Разделение на частные и государственные школы вызывает серьёзную проблему. Подобная практика разрывает единое общеобразовательное пространство, которое бы предоставляло всем гражданам равный доступ к качественному образованию. Вместо этого существует две конкурирующие системы, между которыми — существенный разрыв в качестве образования.
Государство шаг за шагом сбрасывает с себя социальные обязательства, отдавая образование на «аутсорс». В капиталистической системе любое дело должно быть прибыльным — именно этим обосновывается высокая стоимость обучения в секторе частного образования. При таком положении дел сложно говорить о доступе к частному образованию для широких масс в детском саду, школе или университете — в случае, если оно действительно превосходит государственное. Выходит, что качественное образование как таковое закрыто для большинства населения страны. Ему остаётся довольствоваться «тем, что есть».
Таким образом, складывается неравенство в доступе к образованию. Оно начинается уже на этапе детского сада — по состоянию на 2021 г. только в 37 регионах была обеспечена 100% доступность детских садов. Несмотря на заявленный высокий процент доступности детских садов, на практике — в сады всё ещё огромные очереди, а инфраструктурные проблемы современной застройки мешают реализовать право детей на образование. Вот лишь один из множества частных примеров: жителю Мурино пришлось добиваться места в бюджетном детском саду через суд. Альтернативой районному детскому саду выступил детский сад за 49 км от места жительства.
Проблема расслоения общества в отношении доступности образования оказывает глубочайшее влияние на личность человека. На успехи в учёбе больше всего влияет круг общения ученика. Так, дети из более обеспеченных семей с самого раннего детства имеют несколько более благодатную почву для развития своих способностей, в то время как дети из бедных семей зачастую имеют перед глазами негативные примеры для подражания, менее мотивированы, а порой имеют и значительное количество психологических проблем.
Школа, как и университет, является естественным инструментом, при помощи которого правящий класс распространяет буржуазное мировоззрение и государственную идеологию.
Идеология правящего класса выражается в нескольких аспектах: прививание детям с самого раннего возраста буржуазных моральных ценностей, воспитание солидаризма, взращивание идеалистического и метафизического мировоззрения.
Само по себе прививание определённых ценностей не является отрицательным явлением, ведь каждый господствующий класс стремится сделать свою идеологию и философию господствующей в общественном сознании. Вопрос в том, какие именно ценности и взгляды прививают буржуазные школы и вузы.
Особенно наглядно это можно понять, сравнив между собой идеологию советского образования и современного буржуазного.
Советская система стремилась воспитывать в ребёнке необходимые для развития социалистического общества качества и черты:
— коллективность и преодоление узких мещанских взглядов;
— чувство ответственного гражданина Советской республики;
— научное мировоззрение на основе диалектического и исторического материализма и новейших достижений науки.
Современная система как таковая в действительности не преследует цели воспитания человека и гражданина в соответствии с высокими морально-нравственными стандартами. Школа при капитализме — лишь инструмент обучения человека базовым знаниям, которые необходимы для того, чтобы он мог стать тем или иным специалистом в соответствии с потребностями рынка труда.
Другое дело, что буржуазная школа вынуждена заниматься воспитательной работой, чтобы, с одной стороны, привить человеку лояльность к существующим социально-экономическим порядкам, а с другой — пресечь попытку протеста против них. Так, буржуазная школа приходит к необходимости насаждения буржуазного мировоззрения.
В чём же оно заключается?
Буржуазная школа воспитывает в учениках меркантильность и индивидуализм, насаждает культ «успеха». Система воспитания человека как активного участника коллектива и общества в целом заменена эгоистическим стремлением личного обогащения. Окружающий мир воспринимается как враждебный, конкурентный, в котором люди живут по принципу «каждый сам за себя».
Система давит на ученика, внушая мысль о существовании двух разных миров. Мира «успешных людей» с высшим образованием, «уникальных» и «неповторимых» личностей, успешных бизнесменов и предпринимателей, деловых и влиятельных людей — и мира «остальных»: рабочих, «мужиков», «неудачников», презренной массы.
Такие установки диктует всё устройство капиталистической системы и школа ничего не изобретает, а лишь проводит эти взгляды. Из установки на постоянную конкуренцию, выросшую из этого раздробленность общества, отсутствие навыков коллективного действия и иррациональную веру в собственную удачу и вытекают все трудности, которые встречают сознательные рабочие при выступлении за свои права.
Помимо навязывания общего буржуазного мировоззрения, государство олигархов использует школу как инструмент для более прозаичной пропаганды по текущим политическим вопросам. Это, например, «Разговоры о важном», через которые правящий класс РФ воспитывает у молодёжи псевдопатриотическую, солидаристскую позицию. Также стоит отметить присущее для многих капиталистических держав прививание лояльности символам буржуазного государства: флагу и гимну.

УКРАЛ ЛИ КАПИТАЛИСТ ПЕРВОНАЧАЛЬНЫЙ КАПИТАЛ, ЕСЛИ ВЗЯЛ ДЕНЬГИ В КРЕДИТ?

Один товарищ интересуется марксизмом и хочет разобраться в его вопросах. У нас с ним вышла небольшая дискуссия по поводу того, можно ли говорить, что «в основе капитала всегда лежит кража».
Он не соглашался считать прибавочную стоимость кражей. Прибавочная стоимость – это не кража, говорил он, а просто присвоение капиталистом труда рабочего. Но ведь присвоение чужого – это и есть кража. И нет никакой разницы, что присваивают – чужие деньги, чужие вещи или чужой труд. Конечно, капиталисты не дураки, чтобы признаться в том, что они воруют. Они хотят нас убедить, что занимаются вполне пристойным делом, и называют кражу по-своему – например, бизнес, предпринимательство, коммерция и пр. Но поскольку мы не капиталисты и нам не требуется лгать, а мы, наоборот, должны называть вещи своими именами, то мы кражу называем кражей.
Тогда товарищ согласился с тем, что прибавочная стоимость есть кража. Но выразил такое мнение – воровство заведомо начинается лишь с того момента, когда капиталист начнёт выжимать из рабочего прибавочную стоимость, заставит его работать на себя. А первоначальный капитал, те средства, на которые капиталист приобретает средства производства, – он часто добывает своим трудом (если только не получил их криминальным способом: кражей, грабежом, рейдерством).
Как иллюстрацию он привёл в пример своих знакомых. Они, по его мнению, раздобыли первоначальный капитал честно:
«У меня знакомые организовали мини-завод по переработке шин, нашли площадку, купили станки, наладили поставку сырья, наняли и обучили рабочих и организовали сбыт. Собственных денег не было, взяли кредит в Сбербанке и полностью на заёмные деньги организовали это производство. Станки они украли? Нет, конечно».
На первый взгляд, всё действительно выглядит благопристойно. Будущие капиталисты не занимались «чёрным риэлторством», не грабили инкассатора, не тыкали пистолет в зубы жертве, «отжимая» у неё собственность. Они вполне законопослушно, без всякого криминала, пошли в банк и взяли кредит.
Хорошо, но ведь деньги, которые они взяли в банке, – они должны будут вернуть, притом с процентами. Откуда же они возьмут эти деньги? Ясно откуда – из прибыли, которую создадут для них работающие на них пролетарии, из прибавочной стоимости, которую они будут выжимать из своих рабочих.
А прибавочная стоимость, как мы уже сказали, – есть не что иное, как кража. Значит, капиталисты, о которых идёт речь, будут возвращать кредит, на который приобретены станки и пр. – ворованными деньгами, украденным у рабочих трудом.
То, что на момент взятия кредита они их ещё не украли – а украдут потом, в будущем, – ровным счётом ничего не меняет.
Как мы видим, и эти капиталисты, которые, на первый взгляд, поступают так благопристойно, приобрели первоначальный капитал путём кражи.
Первоначальный капитал вообще чаще всего приобретается именно криминальным путём, такими деяниями, которые даже по буржуазным законам являются преступлением. Чаще всего это: взятки, злоупотребление служебным положением, присвоение госсобственности, рейдерский захват чужой частной собственности, рэкет, грабёж, кража, мошенничество.
Можно сказать, что первоначального капитала, добытого абсолютно честным путём, без малейшего криминала, – практически не бывает.
Представим себе, что кто-то решил стать предпринимателем. Он человек порядочный и совестливый, он хочет собрать первоначальный капитал, никого не грабя и не надувая, абсолютно честно, одним только собственным трудом. Очень скоро он поймёт, что это чрезвычайно трудно. Он будет выбиваться из сил, работать на двух-трёх работах, жена его – тоже, будут экономить на всём, урезывать себя и детей. В результате через пару лет они соберут тысяч сто.
И вот, представим себе, что наш совестливый кандидат в капиталисты узнаёт от соседа или дальнего родственника, который промышляет «чёрным риэлторством», что тот за неделю заработал два или три миллиона. Обработал какого-то пьянчужку, напоил его, сунул тысяч десять рублей и заставил подписать продажный документ на трёхкомнатную квартиру.
Представляете, что творится в душе у нашего мечтателя о честном бизнесе? Он вытягивал из себя жилы, крутился, как белка в колесе, экономил на себе, на семье, и в итоге у него жалкая сотня тысяч. А вот этот, благодаря своей бессовестности, цинизму и бесстыдству, играючи положил себе в карман в двадцать раз больше.
А между тем, негодяй-риелтор рассказывает ему, что он присмотрел очередную жертву, допустим, старушку, у которой тоже собирается мошенничеством забрать квартиру. Он предлагает нашему честному герою принять участие, помочь ему в мошенничестве, и обещает щедро с ним поделиться. Мол, ты ведь хочешь начать бизнес, копишь деньги – ну и вот, махом заработаешь всё, что требуется.
Тот отвечает:
– Ты что, я такими делами не занимаюсь, мне это претит! Я хочу заработать свой капитал честно!
От этих слов негодяй-знакомый начинает хохотать. А отсмеявшись, объясняет своему наивному родственнику, что к чему.
– Эх, ты, чудило! Честно! И ты с такими взглядами хочешь бизнесом заниматься! Да тебя сожрут, и пикнуть не успеешь. Я сам и сожру. Чем ты хотел заняться? Кроликов разводить? Неплохой бизнес, я на это конкретно нацелился. И что ты против меня сможешь, если у тебя сотня тысяч, а у меня двадцать миллионов? Да я тебя сомну, как муху, разорю в два счёта!… Давай-ка лучше помоги мне теперь, заработаешь капитал, а потом общий бизнес начнём.
Что остается делать нашему порядочному герою? Или он убедится в правоте своего родственника, смекнёт, наконец, что честно капитал не заработать, и вместе с ним пустится во все тяжкие. Или, если он действительно порядочный человек и не хочет мошенничать, – откажется от своей мечты о «собственном деле». Но в любом случае он поймёт – капитал и честность несовместимы. Или ты остаёшься честным человеком – или ты становишься капиталистом. Одно из двух.